Отец увидел синяк под глазом дочери и сделал один звонок жизнь зятя была разрушена.
Марина стояла на пороге, встречая родителей своей обычной приветливой улыбкой. Лишь черно-синий глаз выдавал тему, которую она не хотела обсуждать.
«Мама, всё хорошо, не обращай внимания», быстро сказала она, заметив пристальный взгляд матери.
Елена Игоревна тяжело вздохнула. «Твоё дело, дочка. Живи как знаешь…»
Отец даже не поздоровался с зятем. Медленно подошёл к окну и уставился в пустоту, будто не слышал, как дочь что-то бормотала про шкаф и темноту.
«Я просто… вчера споткнулась. Да ладно, мам, со мной и с Егором всё в порядке!»
В порядке? Марина отлично помнила, что было вчера. Егор, вечно злой, не просто кричал на неё. Когда она осмелилась сказать, как устала от всего этого, он схватил её за ворот халата так сильно, что порвал ткань на груди.
«Что, шлюха, забыла, кому обязана тем, что ты вообще жива?!» орал он, тряся её. «Забыла, как я тебя тащил обратно из кабаков, когда ты сбегала к тому Денису? Забыла, кто тебя любил, дура? Я тебя на руках носил!»
А потом сильный удар. По-мужски, с размаху. В глазах посыпались звёзды, потом пришла боль… А Егор всё кричал что-то грязное.
«Да, дочка, поняла. Шкаф… темнота», пробормотала мать, хотя прекрасно знала, что произошло.
И чувствовала себя виноватой. Это она уговорила Марину выйти за Егора! Это она отвадила Дениса от дочери, считая его дурным влиянием.
«А твой шкаф, дочка, судя по всему, кулаками обивает», выразительно сказала Елена Игоревна, бросая взгляд на зятя.
Иван Михайлович так и не отошёл от окна. Вышел на балкон курить. В отличие от жены, он никогда не поддерживал Егора. Казался… проходным. Эгоистичным и пустым. Да, из богатой семьи квартира, машина, связи, перспективы. Но внутри он был гнилым.
И теперь эта гниль вылезла наружу синяк под глазом дочери.
Конечно, Иван Михайлович мог схватить зятя за лацканы и дать крепкую пощёчину. Но это лишь раздуло бы скандал. Да он и не хотел. Едва сдержался… Просто вышел на балкон.
Он знал, что решит эту проблему иначе. И уже знал как.
Долго говорил по телефону, стоя на этом балконе…
Тем временем Марина купила матери кофе, и они болтали о пустяках. Через полчаса родители ушли.
Егор, ожидавший упрёков и скандала, наконец расслабился. Развалился на диване, открыл пиво и даже усмехнулся. В его голове молчание родителей означало согласие. Семья есть семья, а синяки дело житейское. Никто не полезет не в своё дело. Точно!
«Видишь, Маринка, я же говорил всё утрясётся!» протянул он, довольный. «Твои родители нормальные, адекватные. Не то что ты… Вчера накинулась с претензиями! Ну погулял, выпил и что?»
Сделал глоток пива и потянулся за чипсами.
Радость длилась недолго.
Не прошло и получаса, как в дверь постучали. Не позвонили постучали. Твёрдо и чётко. Этот уверенный стук заставил Егора поставить банку на стол и замереть.
Подошёл к двери, глянул в глазок… и побледнел.
На пороге стоял Денис. Его соперник. Бывший возлюбленный Марины. Тот самый, что чуть не женился на ней, но отпустил. Красивый, высокий, уверенный. В дорогом пальто и с той самой улыбкой, от которой женщины трепетали, а мужчины хотели дать в зубы.
«Чего надо?» прорычал Егор, приоткрыв дверь ровно настолько, чтобы показать раздражение, но не впустить.
«Разобрался», спокойно сказал Денис и просто оттолкнул Егора плечом.
Тот отлетел, как тряпичная кукла.
Марина вскочила с дивана, широко раскрыв глаза.
Денис…
«Собирайся», коротко бросил он. «Если хочешь поедем ко мне. Если хочешь к родителям. Но зачем тебе этот банкрот?»
«Кого ты банкротом назвал, дебил?» взорвался Егор, но так и остался стоять в углу, будто приклеенный.
У него были причины бояться Дениса.
«Я тебе звонил, Егорушка. Лично», усмехнулся Денис. «Не лез, не вмешивался в твою жизнь. Но когда отец Марины обычный мужик, кстати позвонил и сказал, что ты её бьёшь… Тогда я просто взял эстафету.»
«О чём… о чём ты?!» охрип Егор.
«Ну, не совсем так, конечно», снова усмехнулся Денис. «Просто помещение, которое ты арендуешь под свой клуб, принадлежит моему другу. Очень хорошему другу. В общем, ты получишь уведомление об отказе в продлении аренды. Понял? Оно уже лежит у тебя в офисе.»
Егор осел, будто его ударили.
«Плюс я посчитал долг по аренде за полгода. Помнишь, тебе говорили: аренда может вырасти, когда клуб начнёт приносить прибыль? Так вот, она выросла полгода назад. А уведомление давно лежало у тебя на столе ты просто не читал. А мы с Мишкой молчали, ждали, пока долг вырастет. Плюс пени, проценты… Улавливаешь? Теперь у тебя официальный долг. Большой и неприятный. Назвать сумму?»
Денис наклонился к Егору:
«И я знаю, что у тебя нет ни копейки, чтобы его закрыть. Надо было меньше бухать с шлюхами.»
Егор обмяк в кресле, как выжатый лимон.
«Это… это подстава!» хрипел он, тараща глаза. «Ты… ты подкинул эти бумаги!»
«Думай что хочешь», пожал плечами Денис. «Можешь даже в суд подать. Но твой адвокат, как видишь, уволился. Или ты его уволил? Кто теперь тебя защитит? Твой бармен с пирсингом?»
Егор хотел что-то сказать, но лишь открыл рот.
«Марина, поехали. Вещи брать не надо. Всё, что нужно, куплю. А то, что здесь… не стоит. Одни