Крик ребёнка разрывал тесный салон самолёта, пронзительный и неумолимый. Несколько пассажиров обернулись, другие громко вздохнули или недовольно заёрзали в креслах. Люминесцентные лампы жужжали над головой, а спёртый воздух казался невыносимым.
Анна Соколова прижала к груди свою шестимесячную дочь Лизу. Руки ныли, голова раскалывалась, а глаза слипались от усталости. «Пожалуйста, солнышко засни», шептала она, осторожно покачивая девочку.
Они летели эконом-классом ночным рейсом из Москвы в Екатеринбург. Дешёвые кресла казались ещё теснее от плача Лизы. Анна уже пять раз извинилась перед пассажирами поблизости.
Она не спала двое суток с тех пор как отработала двойные смены в кафе, едва заработав на этот перелёт. Билеты опустошили её сбережения, но через два дня была свадьба сестры. Несмотря на охлаждение между ними, Анна не могла не поехать. Ей нужно было быть там, доказать, что семья для неё важна.
В свои 23 Анна выглядела старше. Прошедший год оставил след: бесконечные смены, пропущенные обеды и ночи у кроватки с режущими зубками дочери. Когда-то живые глаза потускнели от усталости и страха перед будущим.
С того дня, как её парень исчез, узнав о беременности, Анна осталась одна. Каждая пелёнка, каждая бутылочка, каждая плата за квартиру всё это добывалось её зарплатой официантки. В её квартире облезали обои, капал кран, а соседей она так и не решилась узнать ближе. Подстраховки не было. Только сила воли.
К ней подошла стюардесса, голос звучал напряжённо.
Сударыня, пассажиры пытаются отдохнуть. Успокойте ребёнка, пожалуйста.
Анна подняла глаза, в которых стояли слёзы.
Я стараюсь, тихо ответила она, голос дрогнул. Обычно она не такая просто у нас тяжёлые дни.
Но Лиза плакала ещё громче, и Анна почувствовала десятки осуждающих взглядов. Кто-то достал телефоны кто-то аккуратно, кто-то без стеснения. В груди поднялась паника.
Она уже представляла: видео с ней в соцсетях, подпись вроде «Худшая попутчица» или «Дети в самолёте кошмар». Щёки горели от стыда.
Мужчина через проход буркнул:
Надо было дома сидеть.
Слёзы навернулись на глаза Анны. Она бы осталась дома, если бы её старая «Лада» не сломалась окончательно три недели назад. Этот перелёт стал последним шансом и стоил ей месячной платы за жильё.
Когда она уже собиралась встать, чтобы укрыться в туалете и выплакаться, тихий мужской голос рядом прервал её мысли.
Можно я попробую?
Анна удивлённо повернулась.
Рядом сидел мужчина в тёмно-синем костюме, лет тридцати, с строгими чертами лица, смягчёнными добрыми глазами. Он явно был не из тех, кто летает эконом-классом скорее, привык к бизнес-залам и переговорным. Он улыбнулся, спокойно сложив руки.
У меня есть племянники, сказал он. Иногда смена рук помогает ребёнку успокоиться. Разрешите?
Анна заколебалась. Она не доверяла незнакомцам, тем более с Лизой. Но отчаяние взяло верх. Наконец она кивнула и осторожно передала дочь незнакомцу.
То, что произошло дальше, было похоже на чудо.
Уже через несколько секунд на руках у мужчины Лиза перестала плакать. Он мягко покачивал её, напевая тихую мелодию. Анна смотрела с изумлением.
Как вам это удалось? прошептала она.
Мужчина усмехнулся. Просто опыт, ответил он, подмигнув. И, может, костюм помогает.
Напряжение в салоне спало. Пассажиры снова уткнулись в книги или закрыли глаза. Стюардессы перевели дух. Анна впервые за долгие часы смогла расслабиться.
Я Анна, представилась она, сдерживая благодарные слёзы. А это Лиза.
Данила, ответил он. Рад познакомиться.
Она потянулась за дочерью, но Данила мягко остановил её.
Вы не спали несколько дней, тихо сказал он. Отдохните. Я присмотрю за ней.
Анна снова замешкалась, но что-то в его голосе успокоило её. Постепенно она откинулась на сиденье и незаметно голова склонилась на его плечо. Через несколько минут она уснула.
Она не знала, что Данила Макаров был не просто добрым незнакомцем он возглавлял один из крупнейших благотворительных фондов России.
И этот перелёт изменит всё.
Через несколько часов Анна проснулась, тело затекло от неудобной позы. Она растерянно моргнула, осознала, где находится, и резко выпрямилась.
Ой, простите! испуганно выдохнула она.
Данила улыбнулся. Лиза всё ещё спала у него на руках, крохотный кулачок сжался вокруг его галстука.
Не извиняйтесь, сказал он. Вам обоим нужен был отдых.
Вместе они вышли из самолёта и направились к багажу. Анна рассказала ему о своей жизни: как осталась одна после того, как парень ушёл, как считала каждую копейку. Как иногда пропускала еду, чтобы Лиза ни в чём не нуждалась.
Данила слушал молча, с пониманием в глазах.
Меня встречают, сказал он, когда они вышли из аэропорта. Позвольте подвезти вас до гостиницы.
Анна замялась. Это просто гостевой дом рядом с аэропортом, призналась она, смущаясь.
Данила нахмурился. Там небезопасно. Я забронировал номер в «Президент-отеле» в центре. Остановитесь там.
Её задело за живое. Мне не нужна жалость.
Это не жалость, ответил он. Это забота. Вы заслужили хотя бы одну спокойную ночь.
После долгой паузы она наконец кивнула. Они сели в чёрный внедорожник, и когда они прибыли в отель, Анна остолбенела. Номер был просторный, уютный, с детским питанием, печеньем и даже кроваткой.
Вы подумали обо всём, прошептала она.
Данила пожал плечами. Просто обратил внимание.
Перед уходом он протянул ей визитку.
Я буду в городе пару дней, сказал он. Если что-то понадобится звоните.
Через два дня Анна сидела в дальнем углу ресторанаОна сидела одна, пока не услышала рядом знакомый голос Данила сел рядом и, улыбнувшись, протянул ей стаканчик с тёплым чаем, сказав: “Теперь у вас есть я”.