Почему мама с папой не стали жить вместе, Варя так никогда и не узнала.
Ей было три года, когда родители разошлись. Мама с маленькой Варей вернулась из города в родную деревню.
— Всё успела, — не удержалась баба Надя, встречая дочь с внучкой у калитки. — Выучилась, замуж вышла, родила, развелась. Как у вас, молодых, всё быстро…
Говорят, судить человека надо не по словам, а по делам.
Баба Надя была доброй бабушкой. А то, что ворчит и брюзжит, так близкие давно привыкли.
Зато какие блины печет! Сколько сказок знает…
Варя обожала, когда её укладывала спать бабуля. Садилась на край кровати, поправляла одеяло и начинала неторопливо рассказывать очередную волшебную историю.
Конечно, каждая девочка хочет не только сказок, но и ласки. Но баба Надя «нежности» не любила. Поцеловать перед сном, обнять, сказать, как любит — это не про неё.
Мама Вари манеру общения с близкими полностью переняла от бабушки.
Иногда Варя думала: может, не любят, раз не обнимают?
Но однажды Варя простудилась, и три дня ей не становилось лучше, а скорая всё не ехала. Баба Надя днём и ночью не отходила от внучки. Мамы тогда не было — уехала куда-то.
Если вспомнить, Варя чаще была с бабушкой, чем с мамой.
— Когда мама приедет? — спрашивала она бабу Надю.
— Как устроит личную жизнь, так и приедет, — отвечала бабушка.
Что значит «устроить личную жизнь», маленькая Варя не совсем понимала.
Но переспрашивать не решалась.
Однако когда мамины отъезды становились всё реже, а потом и вовсе прекратились, Варя подумала: наконец «устроила», теперь всегда с ними.
Только вот ходит мама грустная. И будто не замечает Варю, всё думает о чём-то своём.
А потом мама заболела. Сначала думали — ничего страшного, пройдёт.
Стала плохо есть, при первой возможности ложилась. Но не спала — лежала с закрытыми глазами.
— В город надо ехать, хорошему врачу показаться, анализы сдать, — сказала соседка, которую позвала баба Надя.
— Никуда не поеду, — ответила мама, до этого молчавшая.
Варя видела, как тяжело дались ей эти слова.
Через неделю маме стало совсем плохо. В больницу всё-таки пришлось ехать. Но уже на скорой.
Варя тогда не знала, что видит маму в последний раз…
И остались они с бабой Надей вдвоём.
Варя почти не помнит тех дней. Всё, что происходило, было похоже на дурной сон. Бабушка, которая плачет и словно постарела разом… Мамины вещи, которые дочка брала с собой в кровать. Укрывалась маминым тёплым халатом, прижимала к груди перчатки, пахнущие её духами.
— Лучше бы мне не стать, — вздыхала баба Надя. — Какое горе… А тебя на кого оставить…
Впервые она провела натруженной морщинистой рукой по Вариной голове. Девочка боялась пошевелиться — вдруг бабушка отнимет руку?
Постепенно они оправились…
Варя ходила в школу, потом помогала по хозяйству, делала уроки. Дни тянулись, как близнецы — один на один похожие.
Только потом девочка поняла, как была счастлива тогда. Баба Надя заботилась, пыталась заменить мать и отца.
…Пятнадцать лет — не лучший возраст, чтобы остаться одной на этом свете. Но судьба распорядилась иначе.
Как-то баба Надя уснула и не проснулась. Её тихо не стало во сне.
Варя даже не смогла заплакать на поминках. Внутри была пустота и безнадёга.
Девочку забрали в детдом.
Через несколько дней её вызвали к директору.
— Варя, мы нашли твоего отца. Сегодня он за тобой приедет. Иди собирай вещи.
— Но я его не знаю…
Ехать куда-то с незнакомым мужчиной? Называть его «папой»? К этому она не была готова.
— Так познакомишься. Радуйся, что родной отец нашёлся. И от тебя не отказался. Могло быть и по-другому.
… — Ну, привет, — незнакомый высокий мужчина и сам чувствовал себя неловко, встретившись с дочерью, которую помнил совсем маленькой.
Если вообще помнил…
— Пошли, — взял у Вари сумку с вещами и первым направился к выходу.
Девочка осталась стоять, не в силах сдвинуться с места.
— Не бойся, я и сам переживаю, — мужчина выдал робкую улыбку и подмигнул.
— Ну и мужик, — подумала Варя, шагая за отцом, которого не знала.
По дороге домой они молчали. Не знали, о чём говорить.
На пороге квартиры их встретила миловидная женщина, красиво и умело накрашенная. И одета она была совсем не по-домашнему — элегантное платье, множество украшений на шее и запястьях.
— Познакомься, это Оля, моя жена, — сказал отец. — А это моя дочь, Варя, — кивнул он в сторону девочки.
— Очень приятно, — сказала Оля и одарила гостью холодным взглядом.
— Врёт, — подумала про себя Варя.
Она зашла в комнату, огляделась и ахнула!
В комнате их ждал накрытый стол! Да и вся квартира была красивой, похожей на музей.
Картины на стенах, белый пушистый ковёр на полу, телевизор во всю стену, тяжёлые портьеры на окнах!
…Варя прожила у отца неделю, но так ни разу и не назвала его «папой». Не могла…
Оля вела себя так, будто девочки в их квартире вообще нет. Она любила подолгу валяться в постели, потом принимала душ, красилась, пила кофе.
Завтрак готовил Николай. Резал толстыми кусками колбасу. Хлеб покупал нарезной — с ним мороки меньше.
Сам наливал дочери чай, не жалея заварки и сахара.
Варя такое не любила, но сказать стеснялась. Да и как обращаться к нему? «Отцом» язык не поворачивался.
У Николая был большой джип. На нём он отвозил дочь в школу. Обратно она возвращалась сама.
— Варя, возьми деньги на обед, — протягивал он ей смятые купюры.
Девочка брала их, но не тратила. Копила на «побег»… Мечтала вернуться в родную деревню.
— Отцу с Олей я не нужна, это ясно, — рассуждала она.
Искать её не станут. Значит, никто не приедет за ней в бабушкин дом. Три года перетерпеть, а там она уже совершеннолетняяИ тогда Варя твёрдо решила — когда-нибудь у неё будет свой дом, где не придётся ни от кого бежать, где никто не станет смотреть на неё с холодной усмешкой, а утром на столе всегда будут горячие блины, как у бабы Нади.