В чужом доме своя душа
Василиса Ильинична часто приговаривала, что жизнь преподносит сюрпризы, когда их совсем не ждешь. Но даже в самых смелых фантазиях она не могла представить такой поворот.
Все началось с переезда молодой семьи в соседнюю квартиру. Стены в хрущёвке тонкие, и Василиса Ильинична невольно слышала их разговоры, ссоры, детский плач. Сначала это раздражало в свои шестьдесят пять лет она привыкла к тишине. Но постепенно эти звуки стали родными.
Познакомились они у подъезда. Молодая женщина с коляской пыталась вынуть почту, пока малыш капризничал. Василиса Ильинична не удержалась:
Давайте я подержу малютку, предложила она, протягивая руки.
Спасибо вам большое, улыбнулась та. Я Анастасия. А это наш Ваня, ему только полгода.
Василиса Ильинична, представилась соседка, бережно беря младенца. Ой, да какой же ты крепыш! Прямо богатырь!
Ванечка тут же успокоился, будто почувствовал тепло её рук. Анастасия удивлённо подняла брови:
У вас золотые руки! Дома орет целый день, а у вас тихий как мышка.
Опыт, голубушка, опыт, вздохнула Василиса Ильинична. Двоих вырастила, внуков нянчила. Только вот родные далеко.
С тех пор Анастасия стала заходить за советами. То пелёнки гладить не умеет, то каша пригорает, то просто душу отвести. Василиса Ильинична никогда не отказывала.
Василиса Ильинична, вы не присмотрите за Ваней пару часов? как-то попросила Анастасия. В поликлинику нужно, а с ним в очереди мучение.
Да конечно, родная! Мы с Ванечкой уже друзья, правда, зайка?
Такие просьбы стали частыми. Василиса Ильинична и сама не заметила, как прикипела душой к малышу. Он узнавал её, смеялся, а заговорив, первым словом выучил «бабуля». Анастасия шутила, что сын бабушек попутал.
Муж Анастасии, Дмитрий, сначала косо смотрел на соседку. Молчаливый, как стена, он работал дальнобойщиком, приходил усталый и хмурый.
Зачем к этой старухе бегаешь? ворчал он. Сама ничего не можешь?
Дима, она же добрая! И Ваню любит. Как бы я без неё справлялась?
Справилась бы. Не нравится мне это. Чужие люди в доме.
Но судьба распорядилась иначе. Дмитрий попал в аварию. Кости целы, но нога в гипсе два месяца без работы. Денег стало не хватать.
Анастасия металлась между мужем, ребёнком и поисками подработки. Ваня капризничал, чувствуя напряжение.
Не могу больше, рыдала Анастасия у Василисы Ильиничны. Дима злится, Ваня плачет, денег нет.
Успокойся, доченька, обняла её соседка. Ваню ко мне приводи. А ты работай спокойно.
Но я вам не могу заплатить…
Какие деньги? Мне радость.
Анастасия устроилась кассиром в овощной ларек. Денег немного, но хоть что-то. Ваня целыми днями был у Василисы Ильиничны. Она кормила его, водила на прогулки, читала книжки.
Дмитрий сначала ворчал, но сдался, увидев, как сын тянется к соседке.
Странное дело, бормотал он. Чужая, а ребёнок к ней больше, чем к родне.
А родня-то была. Мать Дмитрия, Галина Борисовна, жила через квартал, но внука не навещала. Раз в полгода заглянет, пряники принесёт и бегом.
Я же говорила, дети это цепи, поучала она сына. Сами нарожали, сами и мучайтесь.
Василиса Ильинична, случайно услышав это, только головой качала. Как можно так о внуке?
Шло время. Ваня подрос, пошёл, заговорил предложениями. Василису Ильиничну упрямо звал бабулей, хоть Анастасия и объясняла, что это соседка.
Моя бабуля, стоял на своём малыш.
Пусть зовёт как хочет, махала рукой Василиса Ильинична. Мне приятно.
Дмитрий выздоровел, вернулся в рейсы. Деньги появились, но Ваня по-прежнему часто бывал у соседки. Это стало привычкой.
Проблемы начались, когда Анастасия забеременела второй. Беременность тяжёлая, с утренней тошнотой. Василиса Ильинична взяла на себя ещё больше забот.
Как бы мы без вас, вздыхала Анастасия. Вы нам как родная.
Вы мне тоже родные, улыбалась старушка.
Но не всё было гладко. Однажды вечером в дверь постучали. На пороге нарядная женщина с холодными глазами.
Это вы лезете в мою семью? бросила она без предисловий.
Простите, вы кто?
Я мать Дмитрия. Галина Борисовна. Разговор будет серьёзный.
Василиса Ильинична пригласила её на кухню. Гостья села на краешек стула, будто боялась испачкаться.
Объясните, что здесь происходит? Мой внук вас бабушкой зовёт, у вас живёт. Это ненормально!
А что вас смущает? спокойно спросила Василиса Ильинична.
Всё! У него есть родная бабушка я! А вы кто такая?
Я та, кто помогал вашим детям, когда было трудно. Когда денег не было, когда нянчить некому.
Их проблемы! Сами наплодили сами расхлёбывайте. А вы своих детей вырастили? Вот к ним и идите.
Василиса Ильинична сжала кулаки, но ответила ровно:
Мои дети далеко. А здесь те, кому я нужна.
Хватит! Галина Борисовна вскочила. Запрещаю вам вмешиваться! И детям скажу чтоб ноги вашей не было!
Это им решать, тихо сказала старушка.
После ухода Галины Борисовны Василиса Ильинична долго сидела над остывшим чаем. Неужели она и вправду лишняя?
На следующий день Анастасия пришла в слезах.
Свекровь Диме устроила скандал! Кричала, что мы вас используем, что нельзя чужим доверять.
И что Дмитрий?
Он… согласился с ней.
Василиса Ильинична кивнула, пряча обиду.
Ваша семья. Ваше право.
Но вы же нам как родная! рыдала Анастасия. И когда через неделю Анастасия попала в больницу с угрозой выкидыша, а Дмитрий, отчаявшись, снова постучал в её дверь с плачущим Ваней, Василиса Ильинична просто открыла объятия и прошептала: “Заходите, родные, вас так долго не было”.