Валентина Петровна вытерла ладони о передник и снова заглянула в духовку. Яблочный пирог уже подрумянился, но еще не дошел до готовности. За окном скрипнула калитка возвращались с прогулки невестка, сын и внук.
Бабуля! раздался звонкий голосок четырехлетнего Ванюшки, и Валентина Петровна невольно улыбнулась. Ради этого мальчишки она готова была терпеть что угодно, даже соседство со Светланой, своей невесткой.
Мам, ты опять весь день на кухне провела? Сергей, ее сын, зашел в комнату, чмокнул мать в щеку и тут же потянулся к горячему пирогу.
Руки помой! шлепнула его по пальцам Валентина Петровна.
Валентина Петровна, мы же договорились, что сегодня я готовлю ужин, появилась на пороге Светлана с пакетами из магазина.
Я отдыхаю, когда пеку, сухо ответила свекровь. Или внука побаловать теперь нельзя?
Светлана вздохнула и молча начала раскладывать продукты. Сергей бросил матери предостерегающий взгляд. Валентина Петровна сделала вид, что не заметила.
Ванюша, иди руки мыть, будем пирог кушать! позвала она внука, нарочито не глядя на невестку.
А ведь когда-то у нее была своя жизнь. Свой дом, где она была полновластной хозяйкой. Подруги по выходным заходили на чай, в саду цвели ее любимые розы, а вечерами она смотрела сериалы, укутавшись в плед. Но все рухнуло в один день, когда случился тот проклятый пожар.
Валентина Петровна до сих пор помнила запах гари, крики соседей, вой сирен. Она стояла на улице в ночнушке, накинув чужую куртку, и смотрела, как пламя пожирает ее дом. Тридцать лет жизни превращались в пепел.
Не переживай, мам, тогда говорил Сергей. Поживешь у нас, пока не разберемся со страховкой.
“Поживешь у нас” затянулось на месяцы. Маленькая двушка сына, невестки и внука стала ее временным пристанищем. Она спала на раскладушке в зале, убирала ее по утрам и постоянно чувствовала себя лишней.
Бабуль, давай вместе тесто месить! Ваня вернулся с мокрыми руками и сияющими глазами.
В другой раз, солнышко, улыбнулась Валентина Петровна. Пирог уже готов.
Я хочу сейчас!
Не сегодня, Ваня, вмешалась Светлана. Бабушка устала, да и ужин скоро.
Валентина Петровна нахмурилась. Опять указывает.
Ничего я не устала, резко сказала она. И с внуком могу заниматься сколько захочу.
Мам, Сергей устало потер переносицу. Давай без этого…
А что я такого сказала? всплеснула руками Валентина Петровна. Разве я не имею права с внуком время проводить?
Конечно, имеете, Светлана говорила спокойно, но пальцы ее сжимали пакет так, что побелели костяшки. Просто у Вани режим. Вы же знаете.
Это мой внук! голос Валентины Петровны задрожал. Я своего сына вырастила, и ничего, человеком вырос!
Мама! Сергей стукнул кулаком по столу. Хватит!
Светлана молча вышла, Ваня испуганно прижался к бабушке, а Валентина Петровна почувствовала, как к горлу подкатывает ком.
Она бы никогда не переехала к ним добровольно. Но выбора не было. Денег от страховки хватило только на погашение ипотеки за сгоревший дом. На новое жилье не хватало, а снимать квартиру на пенсию непозволительная роскошь.
Сережа, я же не специально, тихо сказала она. Просто тяжело. Всю жизнь сама решала, а теперь…
Я понимаю, мам, вздохнул сын. Но и ты пойми: это и Светин дом тоже. И она мать Вани. Ей решать.
Этот спор длился месяцами. Валентина Петровна считала, что невестка слишком строга: и мультики по расписанию, и сладкое только после еды, и никаких перекусов. Чистое издевательство над ребенком!
Вечером, когда Ваню уложили, а Сергей работал за ноутбуком, Светлана постучалась в ванную, где Валентина Петровна расчесывала волосы.
Можно поговорить?
Входи.
Валентина Петровна, Светлана села на край ванны. Я понимаю, как вам тяжело. Но поймите и меня. Это мой ребенок.
Валентина Петровна хотела огрызнуться, но увидела в зеркале лицо невестки усталое, с глубокой морщиной между бровей.
Я знаю, неожиданно сказала она. Знаю, что ты хорошая мать. Просто мне кажется, ты слишком строгая.
Может быть, слабо улыбнулась Светлана. Но у Вани аллергия на шоколад, о чем вы забываете. И врач запретил сладкое из-за желудка. Это не моя прихоть.
Валентина Петровна смутилась. Она и правда частенько подкармливала внука конфетами втихаря.
А еще я работаю на двух работах, тихо добавила Светлана. Чтобы копить на трешку. Чтобы у вас была своя комната.
Что?
Мы с Сергеем уже полгода откладываем. Он хотел сделать сюрприз на ваш юбилей.
Валентина Петровна онемела. Они копили на квартиру для нее? Все это время, когда она думала, что невестка мечтает от нее избавиться?
Я не знала, прошептала она.
Конечно, не знали. Сергей запретил говорить. Но я больше не могу. Нам всем тяжело от этих ссор. Мне не нужна война. У Вани должна быть любящая бабушка. Такая, как вы.
Валентина Петровна расплакалась. Все обиды, страх, горечь все вырвалось наружу.
Наташенька, она взяла невестку за руку. Прости меня, дуру старую. Я думала… что я вам в тягость.
Вы нам не в тягость, твердо сказала Светлана. Вы наша семья. Просто нам всем нужно чуть больше терпения.
На следующее утро Валентина Петровна встала раньше всех. Она приготовила завтрак не оладьи со сгущенкой, как обычно, а овсянку с яблоком, которую Светлана варила Ване.
Доброе утро, удивленно сказала невестка. Вы уже встали?
Решила помочь, пожала плечами Валентина Петровна. Каша, как ты делаешь. Надеюсь, не пересластила.
Светлана попробова