Такого не бывает.
Разбудил звонком бывший муж. Как же я забыла выключить звук на ночь? Вместо «Алло» зевнула пусть знает, что разбудил. Он долго извинялся, бубнил о погоде, работе, новостях из ящика. Готовил почву, настраивал. Я, Лада, не торопила, не отвечала. Иногда кивала, будто он видел.
А он, казалось, и правда видел. Пятнадцать лет брака ключ к странным умениям. Пошла на кухню в одних трусах, включила громкую связь, бросила телефон на стол, открыла холодильник. Пустые полки давно не мыты, обижены. На дверце бутылка вина да кусок сыра в треугольной упаковке.
Как Настенька?
Пришлось отозваться:
Ты ей не звонил?
Звонил, быстренько ответил, в четверг болтали. Говорит, всё хорошо. «Цветёт и пахнет», засмеялся. И ещё сказала, что ты на недельку выпадаешь, отдыхать уезжаешь. Разбогатела, мать? Куда? А ученикам своим что?
Глотнула прямо из горлышка, прижала телефон к уху, чтобы не слышал, как бутылка дрожит о край стакана. Собралась, игриво улыбнулась:
Всё достало. Имею право на море да пальмы. Ещё месяц в запасе. Завидуешь?
Конечно… нет, включился в старую игру.
Привезу тебе… ничего. Расслабилась. Чего хотел-то?
Очень неудобно, но подгорел. До зарплаты пять тысяч рублей не найдётся? Непредвиденное…
М-м-м… отрезала кусок сыра, положила на язык, как конфету. Какое «непредвиденное», интересно?
Женщину встретил. Хорошая. Очень.
Ни с того ни с сего в горле запершило:
Так у неё и попроси! в голове картинка: будущий муж двадцать лет назад, высокий, в длинной чёлке, белые перья на куртке, улыбка наискосок, острый клык. И рядом не я, а чужая в мини и с алой помадой.
Ладушка, что случилось? голос стал мягким, родным. От этого ещё хуже.
Ничего. Не выспалась. Сейчас переведу. Хорошего дня.
Пока тыкала в банковское приложение, пришло сообщение от Игоря:
«Доброе утро, солнце! Сегодня отличный день. Может, съездим на озеро? Заеду за тобой в пятнадцать».
Да отвяньте вы все! злость выдавила глупые слёзы. Наконец налила вина, глотнула, прожевала сыр. Подошла к зеркалу в коридоре, провела рукой по кружеву трусов, чуть ниже крохотная шишечка, чуть больше прыщика, там, где бреют не глядя. Всё на месте. Потом душ, мочалка до красноты, шампунь дважды, маска, патчи, фен. Включила ноут. Посыпались сообщения. Надела футболку.
Первое попавшееся:
«Здравствуйте! Хочу учить немецкий с нуля. Есть ли у вас места? Как оплачивать?»
Руки сами ответили. Рутина крепила. Отправляя, случайно кликнула на аватар. Увидела усталость и одиночество. Екнуло.
«Сколько раз в неделю хотите? Предупреждаю с первого по десятое занятий не будет. Может, вообще никогда…» стёрла до «не будет».
Ответил сразу:
«Три раза в неделю. Время гибкое. Работаю из дома. Подстроюсь».
Сегодня в пять по Москве?
Подходит.
Настя позвонила, когда суп почти доели. Раньше этот куриный бульон называли похмельным.
Мам, ты как?
Отлично. Ем. Ты мешаешь.
Мы на пляж собираемся. Батя звонил. Ты ему чем-то не угодила… в трубке шум чужого города, тревога.
Я ему пять лет как не нравлюсь.
Если язвишь, значит, всё в порядке. Да?
Дочка, как ты? Скучаю.
Я тоже!
Болтали ни о чём. Вместе по телефону встретили её друзей, ехали в метро до парка, искали место. Солнце, волны. Море затопило всё плохое. Разошлись. Одна вперёд, другая на грань. Но с памятью о беззаботном.
Глянула на часы. Почти пять. Вся ещё там, золотая, рядом с дочкой, машинально включила ноут. Как в прорубь в видеозвонок с новым учеником, тем самым «гибким».
Глаза. Первое погружение. Внутрь. До боли. Блеяла про грамматику, извинялась. Не понимала за что. Боялась поднять взгляд, опустить не могла.
После урока разрыдалась. Позвонила Кате:
Без нравоучений. Я влюбилась.
О-о-о! Кто он? А Игорь?
Кать, какой Игорь? Вот… поняла, что даже имени не знает. Только глаза.
В кого влюбилась-то? безжалостно.
Только что познакомились. Учит немецкий. Я… думала, больше не смогу чувствовать. А тут…
Катя, мать троих, затянулась сигаретой:
Выхожу на балкон… Рада за тебя! Правда. Ты после развода, как робот была. Думала, Игорь поможет. Ну, для здоровья. Так?
Так. Внутри бурлило иррациональное счастье.
Голос другой. Познакомишь?
Ой, звонят. Позже!
Сбросила. Мыла холодильник, делала миллион дел, чтобы скорее настала среда. Всю ночь металась, пила воду, плюнула с балкона в темноту, чувствуя себя пятнадцатилетней. И ни разу не вспомнила про крохотного убийцу с именем Меланома.
Утром в мессенджере:
«Помню про среду, но не могу ждать. У вас есть время сегодня?»
***
Его звали Сергей. В голове рисовались богатыри, кольчуги, но не хотелось банальностей. Даже не спросила, откуда он. Семейное положение табу.
Почему немецкий? Для работы? спросила, чтобы остудить пыл внутри.
Нет. Он смотрел прямо. Увидел ваше фото в объявлении. Показалось, вас надо спасти.
Так вы богатырь? чуть насмешливо.
Наверное.
Буду звать вас Богатырь. Вы не против? Ой, извините… сбросила вызов, вскочила. «Такого не бывает!» сначала шёпотом, потом криком.
Вышла на улицу. В московской жаре листья желтеют рано. В магазине зима. НабралаИ когда она подняла глаза, увидела, что он стоит на пороге её квартиры с цветами и той же бездонной улыбкой, которая теперь принадлежала только ей.