Сначала Генке показалось, что мать просто набрала вес. Хотя и странно живот округлился, а всё остальное оставалось прежним. Спрашивать было неудобно, вдруг обидится. Отец молча улыбался, глядя на маму, и Генка сделал вид, что ничего не замечает.
Но живот рос. Как-то, проходя мимо родительской спальни, Генка увидел, как отец гладит маму по животу, шепчет что-то ласковое. А она улыбается, довольная. Ему стало неловко, и он поспешил уйти.
«Мама ждёт ребёнка» догадался он. Мысль не столько удивила, сколько ошеломила. Мама была красивой, моложе многих мам его одноклассников, но беременность в её возрасте казалась ему чем-то нелепым. Даже думать об этом было неловко. Откуда берутся дети, он знал, но представить, что его родители Нет, это же мама и папа!
Пап, мама беременна? спросил он однажды. С отцом говорить об этом было проще.
Да. Мама мечтает о дочке. Хотя, наверное, глупо спрашивать, кого хочешь ты брата или сестрёнку.
А разве в таком возрасте рожают?
В каком «таком»? Маме тридцать шесть, мне сорок один. Ты против?
А меня кто-то спрашивал? буркнул Генка.
Отец пристально посмотрел на него.
Ты уже взрослый, должен нас понять. Мама давно хотела дочку. Когда ты родился, мы жили в съёмной квартире, денег едва хватало. Потом умерла бабушка, оставила нам свою квартиру
Генка пожал плечами.
Сделали ремонт, переехали. Потом ты подрос, мама вышла на работу. Всё откладывали, говорили успеем. А потом просто не получалось. И вот, когда уже не ждали
Надеюсь, будет девочка, тихо сказал отец. Мама у нас молодая, но всё же Постарайся не нервировать её. Если что-то беспокоит говори мне. Договорились?
Да понял я.
Потом они узнали будет девочка. В доме появились розовые распашонки, крохотные пинетки. Поставили кроватку. Мама часто замирала, словно прислушиваясь к себе, и отец тревожно спрашивал, всё ли в порядке.
Генке было всё равно. Сестра? Зачем ему эти сопли и пелёнки? Ему нужна была только Юля Фетисова. Пусть родители занимаются своим ребёнком меньше будут к нему приставать.
А это опасно? Рожать в её возрасте? спросил он как-то.
Риск есть всегда. Конечно, маме тяжелее, чем когда она ждала тебя на тринадцать лет моложе была. Но мы живём не в глуши, у нас хорошие больницы Всё будет хорошо.
А когда рожать?
Через два месяца.
Но мама родила раньше. Генка проснулся от шума стоны, беготня. Он встал и, протирая глаза, подошёл к родителям. Мама сидела на кровати, качалась, как маятник, сжимая поясницу. Отец метался по комнате, собирая вещи.
Документы не забудь, прошептала мама.
Мам Генка тут же проснулся окончательно.
Прости, разбудили. Где же эта скорая? пробормотал отец.
В дверь позвонили. В комнату вошли врачи, засыпали маму вопросами: «Как давно схватки? Воды отошли?» На Генку никто не обращал внимания, и он ушёл одеваться.
Когда он вернулся, родители уже выходили. Мама в халате и тапочках.
Я скоро вернусь, приберись тут, бросил отец и поспешил за мамой.
Генка стоял у двери, слушая непривычную тишину. Потом убрал вещи, лёг, но заснуть не смог.
Отец вернулся, когда Генка собирался в школу.
Ну что, родила?
Нет ещё. Меня не пустили. Чаю налей.
Генка поставил чашку, сделал бутерброды.
Я в школу?
Иди. Позвоню, если что.
В классе его встретили смешками.
Крошкин удостоил нас присутствием! крикнул Фёдоров.
У него мать рожает! подхватил кто-то.
Учительница махнула рукой: «Садись».
На последнем уроке зазвонил телефон.
Можно выйти?
До звонка двадцать минут. Телефон убери.
У него мать в роддоме! снова выкрикнул Фёдоров.
Учительница вздохнула: «Иди».
Генка вышел в коридор.
Ну что, пап?
Девочка! Три кило сто! в трубке слышалось облегчение.
Ну? спросила учительница, когда он вернулся.
Всё хорошо, девочка.
Теперь Крошкин нянька! завопил Фёдоров, и класс взорвался хохотом.
Фетисова догнала его после уроков.
Сколько твоей маме?
Тридцать шесть.
Я рада за тебя. Сестра это здорово. А я одна
Они шли, разговаривали, и Генка вдруг почувствовал он рад.
Через три дня маму выписали.
Какая красавица! восхищался отец.
Генка не видел ничего красивого сморщенное личико, красное, как помидор. Потом сестра раскрыла рот и завопила. Мама прижала её к себе, зашептала: «Тш-ш-ш»
Как назовём? спросил отец.
Василисой.
Кошачье имя. В школе Васькой дразнить будут, фыркнул Генка.
Тогда Машей, в честь бабушки.
Теперь вся жизнь крутилась вокруг Машеньки. Генку просили то в магазин сбегать, то бельё развесить. Он помогал без возражений.
Но когда мама попросила погулять с коляской, он взбунтовался.
Не пойду. Парни увидят засмеют.
Оденься теплее. Простынешь заразишь Машеньку.
Генка ворчал, но пошёл. Во дворе он увидел Фетисову. Раньше она прошла бы мимо, но теперь подошла.
Машенька! Какая хорошенькая! улыбнулась она и пошла рядом. Соседи умилялись. Генка краснел.
Вечером мама пела колыбельную. Генка засыпал под её голос.
Но Машенька заболела. Температура поднялась ночью. Родители не спали, носили её на руках. Утром вызвали скорую.
Генка чувствовал себя виноватым. Сидел в своей комнате, боялся выйти.
Поправится? спросил он отца.
Конечно. Сейчас хорошие лекарства
В школе он не мог сосредоточиться, получил тройку.