Июньское солнышко пригревало на асфальте, оставляя на подоконниках золотистые квадраты. Татьяна стоит у плиты, осторожно помешивая щи, боясь расплескать бульон. Вчерашним вечером они с Ильёй дрались из-за кредитов на компанию, и она решила примирить его привычкой к её супу. В холодильнике лежит батон подешевле та же цена, что и в лавке у редута.
Тань, где мой китель? Висел в прихожей! Илья вышел из кабинета с окурком в руке, подпоясываясь.
На спинке дивана висит, ответила она, не поворачиваясь. Простыню вчера стирала.
Завтрак был молчалив. Илья смотрел спорт в телефоне, часто бормоча «стали бы, стал бы», а Татьяна отпускала сплетни про соседку, которая уехала в Благовещенск. Ничего серьёзного разговор в привычной руганке.
Съела вчера, вкусно, Илья откинул тарелку. Слушай, я тебе сказать хотел… Папа приезжает. Сегодня. Поживёт у нас.
Татьяна замерла, нож в руке. Алексей Иванович. Тот самый, что в свадьбу выругал невестку за «неприличный пирсинг», а потом три года не поздравлял с праздниками. Что теперь тут делает?
Почему? вырвалось.
Разводится с мамцей. Говорит, тут спокойно будет. Пару недель.
Дурак! Он же! плевки в стену.
Известил! рявкнул Илья. Папа перестроился. После инфаркт всё решил. Помоги.
День провалился в яму. Татьяна пыталась сосредоточиться на работе, но городил планы: чистка, постель, завтрак. А вспоминала, как Алексей Иванович в гости ходил бутылка водки, окрики, и вдруг пыль на пыль. Он человек строгий, военный, в ушах ржавчина от гильз. Всё, что нет в книжке не пройдёт.
Вечером продергивала всю квартиру, вымыла ковры, переложила посуду. В гостиной зашторили ширмы: «Хошь покоя дай ему».
Дверь открывается. На шагах Илья. За ним Алексей Иванович, в кожухе, с чемоданом. Личико каменное.
Здрасте, кивнул. Aleksiej Ivanovič.
Всё готово, Татьяна пропустила внутрь. Ужинай.
За столом Илья рассказывал про бизнес, успех, будущее. Алексей Иванович кивал. Татьяна молча истоптала пол.
Неплохой суп, вдруг сказал. Ты каши с ним готовила?
Редко, выдыхает. Сырная рулет с картошкой.
Он помолчал.
Когда я жил с Алиной, тоже круто готовила. А теперь… новая только варит. Grozno! Современные? Даже не думай.
Татьяна переглянулась с Ильёй.
Покажу комнату, сказала. Есть ванна, телевизор.
Утром проснулась от визга чайника. Илья спал. Вышла в кухню Алексей Иванович в костюме. Нарезает хлеб.
Простите! кивает. Привычка с армии.
Она встала.
Да бросьте! Сами управлюсь.
Нет, хочу. Утренний сон полезен. Пей чай.
Кажется, он прав. Она села.
Вечером Илья опоздал. Татьяна с Алексеем Ивановичем пили чай. Был свет, тишина, крахмал в молоке.
Можно, помогу? спрашивает он.
Конечно кастрольки мыть.
Стоят на кухне. Молчание. Вдруг:
Надо извиниться.
Она замерла.
За что?
За всё. За свадьбу, за оскорбления, за холодность. Я не прав был.
Татьяна растерялась.
Что, старый? Старость обжорой переходит? Спустились на картошки.
Он засмеялся.
Не смеёшься.
Илья вернулся. Увидел их мирно пьюшими чай. Улыбнулся.
Так прошли недели. Алексей Иванович вставал с рассвета, делал зарядку, гулял в сквере. Убирался, стирал, да в рубахе с выражением. Иногда разговаривал с Татьянкой.
Однажды застала разговор.
Почему тогда… Вички?
Ты был моим сыном! А она… загораживала. Я боялся. Не люблю, когда вырываются.
Она прослезилась. Вспомнила бабу Лену: «Не сердятся, просто боятся стары».
Пришла Танька по обеду. Увидела, как он помогает накрывать.
Ты его не бойся. Мартинго стал.
Давать советы не в её руках.
Через много дней зазвонил дверной. В квартире стоит женщина, в юбке от бабушки, шнурки в мыслях.
Где мой муж?
Галина. Татьяна поняла.
Алексей Иванович вышел. Молчание. Видит боль, бывшую жену.
Уже всё кончено? спрашивает.
Ты меня подготовить не дал! рыдает. Когда уехал, я директиву подписала.
Да? Он смеётся. Что там? Где ж ты пыль убирала? Ни разу не приехала. А здесь, смотрю, плавает в заботе.
Галина замялась.
Я хотела о тебе позаботиться.
Дай мне пожилой кайф. Ты мешала. Вот и всё. И прости, что не пойму твоих планов. Развод. Только на моих условиях.
Она ушла. В дверях звук.
Татьяна улыбнулась.
Чай?
Он кивнул.
Вечером Илья выслушал все.
Квартира его?
Там права. Делить надо. Но он не жадный.
Не глядеть, Илья обнял папу. Ты тут как у себя.
Недели прошли. Алексей Иванович собрал вещи. В дверях обнял сына, повернулся к Татьяне.
Спасибо, что не прогнали.
Давайте, давайте. Семье нужна поддержка.
Его телефон зазвонил.
Привет, пап.
Слышь, я доволен, что у тебя такая жена. И рад, что вы
Татьяна взяла трубку.
Нет, смеётся. Мы вести не будем. Приезжай, когда нужны будем.
Вечер в доме, свет, уют. Татьяна прижимается к Илье.
Кто бы знал, какие повороты.
Вот! Жизнь как партия в шахматы. У старика есть ход.
Иной раз в жизни притаивает чемодан с тайной. Но чаще даёт шанс всё поправить. Главное не упустить.