Дневник. 12 марта.
Я больше не могу. Всё кончено.
“Ты совсем охренел, Димка! Это моя комната!” — Сергей Петрович сжимал в кулаке ключи, глядя на расположившегося на его диване пасынка.
“Была твоя, дядя Серёжа, — Артём даже не оторвался от телефона. — Теперь моя. Мама разрешила.”
“Какая ещё мама?! — Сергей Петрович почувствовал, как в висках застучало. — Я тебе не дядя! Где моя кровать? Где мои вещи?!”
Парень лениво пожал плечами:
“Кровать на балкон вынесли, вещи в коробки. Мама говорит, тебе и там нормально.”
Земля поплыла под ногами. Двадцать лет он жил в этой квартире. Эта комната была его крепостью. А теперь какой-то наглый щенок распоряжается здесь, как хозяин.
“Лида! — он рявкнул, направляясь к кухне. — Лида, иди сюда, срочно!”
Жена вышла, вытирая руки о фартук. Ни тени смущения.
“Что кричишь, Серёжа? Что случилось?”
“Случилось?! Твой сын захватил мою комнату! Мои вещи — на балконе! Ты это как называешь?!”
“Успокойся, — Лида говорила тихо, но твёрдо. — Артём поступил в университет, ему нужно место для учёбы. А ты поспишь на балконе, я там всё обустроила.”
“На балконе?! — он не верил своим ушам. — Лида, ты в своём уме? Это моя квартира! Я здесь прописан!”
“Наша квартира, — поправила она. — И Артём теперь здесь живёт. Насовсем.”
Сергей Петрович опустился на стул. Два года назад, когда он женился на Лиде, она упомянула, что у неё есть сын, который живёт с отцом. Парень иногда заглядывал на выходные, вёл себя тихо. Сергей даже надеялся, что они подружатся.
“Почему ты мне ничего не сказала?” — спросил он устало.
“А что говорить? — жена села напротив. — Артёму нужна своя комната. Ты же взрослый, как-нибудь устроишься.”
“Устроюсь… — он сжал кулаки. — Лида, я работаю на заводе, мне высыпаться надо. На балконе зимой дует, летом парит.”
“Привыкнешь. Артёмка хороший мальчик, не будет тебе мешать.”
Он смотрел на неё и не узнавал. Два года назад она казалась спасением. После развода с первой женой, увезшей их дочь в Питер, Лида стала глотком воздуха. Милая, хозяйственная, с доброй улыбкой. Познакомились в сквере у фонтана — она кормила воробьёв, он читал газету.
“У меня сын есть, — говорила она тогда. — Живёт с отцом, но иногда приезжает.”
“Пустяки, — ответил он. — Я детей люблю.”
И правда любил. Свою Анечку видел редко — бывшая не давала. Артём поначалу казался славным парнишкой — тихий, воспитанный.
“Лида, — Сергей попытался говорить спокойно. — Давай найдём другой вариант? Поставим Артёму раскладушку в зале, а моя комната останется моей?”
“Нет, — она покачала головой. — Ему учиться надо. А ты только футбол смотришь.”
“Только футбол… — в груди что-то оборвалось. — Лида, я после смены валюсь с ног. Мне отдых нужен.”
“Ты эгоист, Серёжа. Думаешь только о себе. А у меня сын, я должна о нём заботиться.”
Он вышел на балкон. Там стояла его кровать, рядом — коробки с вещами. Балкон застеклён, но сырость пробирала до костей.
Вечером Артём вышел ужинать. Сергей сидел за столом, пил чай.
“Артём, давай поговорим. Может, что-нибудь придумаем?”
“Что придумывать? — парень достал из холодильника ряженку. — У тебя своя комната, у меня своя. Всё справедливо.”
“Моя комната — на балконе.”
“Ну и что? Зато у вас с мамой больше места.”
“Артём, я понимаю, ты студент. Но нельзя так с людьми поступать. Давай обсудим.”
“Какое обсуждение? — он усмехнулся. — Ты мне не родня. Мама — это мама, а ты так… временно.”
“Временно?” — Сергей насторожился.
“А ты думал, навсегда? — Артём пожал плечами. — Мама ещё молодая. Может, кого получше найдёт.”
Кровь ударила в голову, но он сдержался. Не хотел скандала.
“Артём, я уважаю тебя и твою мать. Но это моя квартира.”
“Была твоя, — парень зевнул. — Теперь общая. По закону.”
Сергей понял — бесполезно.
На следующий день он снова завёл разговор с Лидой.
“Мне реально неудобно. Давай хоть временно что-то придумаем?”
“Хватит ныть, — она даже не подняла глаз от плиты. — Артёму нужны условия. А ты мужик, потерпишь.”
“Я на заводе работаю! Если не высплюсь — травму получу!”
“Не драматизируй, — помешала борщ. — Подумаешь, на балконе.”
“Почему я должен ютиться на балконе в своей квартире?!”
Лида обернулась. В её глазах — лёд.
“Потому что у меня сын. И он важнее твоего комфорта.”
“Лида…”
“Всё, Серёжа. Не нравится — съезжай.”
Он смотрел на неё и не понимал — куда делась та женщина, что гладила ему рубашки и спрашивала, как дела? Которая варила борщ и смеялась над его шутками?
Вечером он попытался поговорить с Артёмом. Тот орал в микрофон, ругаясь с кем-то в игре.
“Артём, можно поговорить?”
“Занят!”
Сергей выдержал полчаса, потом выключил компьютер.
“Ты что творишь?! — взорвался парень. — Я же играл!”
“Поговорим. Как мужики.”
“О чём?! — Артём потянулся к розетке. — Тебе же хорошо на балконе!”
“Мне пятьдесят. Спина болит. Мне нужна нормальная кровать.”
“Ну так иди к врачу, — равнодушно бросил он. — Или водки хряпни.”
Сергей понял — бесполезно.
Прошла неделя. Он не спал, простудился. На работе напарник Валера спросил:
“Чё такой злой?”
“Да так… дома кошмар.”
“Жена?”
“Нет, пасынок. Комнату отжал, меня на балкон.”
“Как отжал? Это ж твоя квартира!”
“БСергей Петрович медленно закрыл дверь квартиры за собой, понимая, что с этого момента в его жизни начинается совсем другая глава.