Месть мужа оказалась не по адресу…
Годы шли, а их чувства лишь крепли, вызывая зависть у окружающих. За семь лет супружеской жизни между ними даже тень сомнения не пробежала. Единственное Станислав, человек по натуре сдержанный, постепенно стал терзаться вечным спутником семейного счастья ревностью. Он не позволял этому чувству вырваться наружу, сжимая все подозрения в кулак. Но кто знает, какие бури бушевали в душе моряка, когда он видел восхищенные взгляды, устремленные на его жену, и слышал льстивые речи коллег на корпоративах.
Внешне все было спокойно даже Лариса ничего не замечала. А может, не хотела замечать. Но внутри Станислав копил злость, словно созревающий нарыв перед прорывом.
Корабль ушел в учебный поход. Десять суток тревог, бессонных ночей, вечной проверки механики. Станислав служил в машинном отделении и изрядно вымотался, латая капризную технику. Потому обиднее всего было решение командира вернуться на базу досрочно из-за неисправностей.
Злость смягчала лишь одна мысль: теплые объятия жены теперь ближе на три дня. Мечты о скорой встрече так разогрели кровь, что весь обратный путь Станислав провел в приподнятом настроении, рисуя в голове сладостные сцены.
Вернулись поздно. Даже не выпив традиционной стопки за удачное плавание, Стас рванул домой. Предвкушая, как прижмется к пышной груди супруги, он влетел в подъезд, взлетел на третий этаж и застыл у двери.
Был второй час ночи. *Спит*, подумал он, воображая, как тихо разденется и скользнет под одеяло, вызвав у жены приятный испуг. Аккуратно вставил ключ, повернул замок, смазанный его же руками, не подвел.
Но Лариса, видимо, не спала. Из-под приоткрытой двери спальни лился свет, слышались странные звуки. Стас замер. Под ложечкой заныло. Через щель он увидел кошмар: под светом ночника на его супружеском ложе раскинулась белокурая женщина, а над ней, оголенный, двигался мужчина.
Станислава словно громом ударило. Жизнь рухнула за мгновение. Сколько он простоял в оцепенении неизвестно. Потом сознание вернулось, а с ним адская ярость.
*Оружие* Но кобура пуста, кортика нет. Он рванул на кухню. Первое, что попалось под руку, вилка. Дорогая, мельхиоровая, из свадебного сервиза. Сжимая ее в кулаке, Стас ворвался в спальню и, не целясь, всадил вилку в то, что первое подвернулось под удар.
Крик оглушил весь дом. Ветеран из соседней квартиры, переживший блокаду, вскочил с криком: *«Бомба!»* Детей сверху обуял ужас, собака во дворе завыла, будто оплакивая погибших.
Оставив вилку торчать в наказуемом месте, Стас развернулся и вышел. В прихожей горел свет, а перед ним стояла… Лариса. В халате, с полотенцем на мокрых волосах.
Да твой же брат Игорь с женой приехали! Их же к нам перевели, я им спальню отдала А что там за крики?
Я… вилка… выдавил Стас и рухнул без чувств.
Да, брата переводили в их город. Да, его жена тоже блондинка. Да, визит был запланирован. Но в ярости Стас забыл все, а красная пелена перед глазами затмила разум.
В итоге все обошлось. Игорю зашили причинное место. Военврач, вытаскивая вилку, восхищался меткостью удара, а после операции успокоил:
Теперь геморроя не будет. Там идеально гладко, как труба!
Жена Игоря, Катя, от испуга на месяц забыла, как ходить ровно, а заикалась еще полгода но только в постели.
Семья уцелела. Стас и Лариса по-прежнему гуляли, обнявшись. Солнце светило, корабли уходили в море. Вот только все острые предметы в доме теперь прятали под замок, а Станислав, возвращаясь, стучал в дверь так, будто от этого зависела его жизнь.
Что до Игоря и Кати они простили брата, но ночевать у него больше не оставались. Никогда.
**Мораль:** Прежде чем мстить, убедись, что цель не твой родственник. А лучше подумай дважды.