**Поводок разногласий**
Иван, вставай, выгуливай Барсика, я не железный! Николай Петров ударил ладонью по кухонному столу, звякнули недопитые чашки. В воздухе пахло подгоревшими гренками, свежезаваренным кофе и лёгким собачьим запахом. За окном светило апрельское солнце, заливая панельный двор, где ребятишки уже носились на площадке. Барсик, рыжий лохматый двортерьер с потрёпанным мячиком в зубах, лежал у порога, печально поглядывая на поводок. Его карие глаза умоляли, но дома шла перепалка.
Иван, пятнадцатилетний сын, уткнулся в телефон, где гремела стрелялка. Беспроводные наушники болтались на шее, а чёрная толстовка с надписью «Game Over» была усыпана крошками.
Пап, я вчера гулял! буркнул он, не отрываясь от экрана. Пусть Таня идёт, она вечно отлынивает!
Таня, девятнадцатилетняя студентка, сидела за столом, уткнувшись в ноутбук. Тёмные волосы были собраны в небрежный хвост, под глазами синяки от бессонной ночи перед экзаменом.
Я? фыркнула она. Ваня, это ты Барсика выпросил! У меня зачёт, мне не до прогулок!
Ольга, их мать, вошла на кухню, вытирая руки о фартук в горошек.
Прекратите орать! оборвала она, ставя сковороду на плиту. Николай, ты обещал утром вывести пса! А вы, дети, будто не ваша собака!
Николай, сорокапятилетний слесарь, отложил газету с новостями о забастовке на заводе.
Я? Оля, я в шесть утра уже на работе! рявкнул он. Это Ваня ныл про собаку, пусть и гуляет!
Барсик, почуяв разгар ссоры, заскулил и уронил мячик.
К вечеру спор разгорелся снова. Ольга жарила котлеты, кухня пахла луком и укропом. Барсик скулил у двери, но поводок так и висел на крючке. Ваня рубился в приставку, Таня писала курсовую, Николай смотрел футбол.
Ваня, ты Барсика вывел? крикнула Ольга.
Неа. Пусть Таня идёт, буркнул он.
Таня ворвалась на кухню, скинув наушники.
Я?! Ты целый день в игры уткнулся! Пап, скажи ему!
Николай вздохнул:
Ваня, иди гулять. Твоя же собака.
Ваня швырнул джойстик.
Моя?! Вы все обещали помогать! Давайте отдадим Барсика, раз вам наплевать!
Ольга ахнула:
Отдать?! Ты полгода ревел, чтобы его оставить!
Таня закатила глаза:
Мам, не начинай. У меня учёба! Пап, ты хоть раз его выводил?
Николай вскочил:
Таня, не умничай! Я сменами кручусь!
В этот момент Барсик, напуганный криками, поддел лапой приоткрытую дверь и рванул в подъезд.
Барсик! закричала Ольга. Иван, это ты дверь не закрыл?
Я? Это Таня за пиццей ходила!
Таня хлопнула по столу:
Врёшь, как дышишь!
Николай схватил поводок.
Все за ним!
Двор встретил их вечерним шумом. Ольга в тапках бегала между лавками, Иван светил фонариком за гаражами, Таня обзванивала соседей. Николай, хлюпая по лужам, проверил соседний двор.
Чёрт, Оля, я же говорил собака это обуза!
Обуза?! Ты сам за всё отмазываешься!
Таня влезла между ними:
Хватит! Ищите Барсика, а не виноватых!
К полуночи, промокшие и злые, они вернулись ни с чем. Ольга рыдала на кухне, Николай молча пил чай, Таня листала чат соседей. Ваня сжал пустую пачку чипсов.
Утром Таня, разбирая хлам в кладовке, нашла Ванькин дневник. На обложке кривое сердце и имя «Барсик». На страницах: «Барсик тёплый, как бабушкин плед», «Научил давать лапу», «Он мой друг, не орет, как вы».
Таня молча протянула дневник Ване. Тот прочитал вслух дрожащим голосом:
«Хочу, чтобы Барсик был счастлив»… Я… я не хотел, чтобы он убежал.
Ольга обняла сына:
Почему молчал?
Вы все вечно заняты…
Николай потёр виски:
Виноваты все. Найдём Барсика и начнём заново.
Вечером тётя Марина из пятого подъезда позвонила: пса видели у речки. Они нашли его грязного, с поводком, запутавшимся в кустах. Ваня прижал Барсика к груди:
Дурак, где шлялся?
Ольга вытерла слёзы:
Нашёлся… А мы чуть не потеряли друг друга.
Прошёл месяц. Барсик блестел после мытья, в новом ошейнике. Ваня гулял с ним утром, Таня вечером, Николай брал выходные. Они меньше кричали, а Ваня иногда читал им дневник.
Теперь на кухне, где пахло пирогами и шампунем для собак, они смеялись. Барсик больше не был причиной ссор. Он напоминал им, что семья это когда стараются друг для друга. Даже если иногда забывают.