Приехал из Германии в родной Тверь под вечер. Первым делом заглянул к маме. Антонина Семёновна обняла сына так, будто не виделись сто лет:
— Ну наконец-то, Костя! Чуть не поседела от тоски. Ну что, заработал хоть что-то?
— Как обычно, — усмехнулся парень. — Пока ехал, подумал: зачем снимать чужое, если всё равно в отъездах? Пусть кредит, зато своё.
— Правильно, — кивнула мать. — Тебе уже под тридцать, пора о семье задуматься. А без своего угла — никуда.
Через два месяца Константин купил однокомнатную в новостройке, обустроил как хотел. Ключи оставил маме на всякий случай, а сам снова укатил на заработки.
Но только он уехал, Антонина Семёновна отдала ключи дочери — Светлане. Та старше брата на три года, работу меняет как перчатки, вечно в долгах, ждёт, когда жизнь её осчастливит даром.
— Пусть поживёт, сэкономит, — оправдывала себя мать. — Чего тут плохого?
Но не вышло. За полгода Света не только не поправила дела — новые долги нарослы. Когда надо было освобождать квартиру, она просто сменила замки. Чтобы даже брат не выставил.
Вернувшись, Константин ткнулся ключом — не открылось. В голове помутнело.
— Что за хрень? — пробормотал он и рванул к матери.
Та смущённо призналась: пустила Свету, но не знала про замки. Константин взорвался:
— Пустить пожить — ладно. Но менять замки? И что, выезжать она не собирается?
— Предлагала ко мне, — лепетала мать. — Отказалась…
Назавтра вызвал участкового. Дверь вскрыли. На сестру заявление писать не стал, но разговор вышел тяжёлый.
— Мог бы и у мамы пожить, — холодно бросила Света. — Тебе всё равно скоро опять уезжать. А мне жизнь устраивать надо.
— Не для этого я квартиру брал, — отрезал Константин. — Води ухажёров в съёмную. Иди работай, кредиты закрывай.
— Сама разберусь! Вот женишься — тогда и учить будешь!
Собрав вещи, Света съехала. Отношения с братом порвались. Константин не переживал — давно понял, что сестре от семьи только деньги нужны.
Прошло полгода. У Антонины Семёновны — дача, грядки. Константин в отпуске решил помочь с урожаем. И вдруг — кто бы мог подумать — там же оказалась Света.
— О, братец, — язвительно ухмыльнулась она. — Совесть зазвонила, решил морковку полоть?
— Лучше скажи, зачем приехала? Опять денег надо?
— Мама мне квартиру купила, — не моргнув глазом, заявила Света. — В награду за старания.
— Чего?! Какую квартиру?
— Двушку в новом доме. С мебелью. В ипотеку. На маму оформлено.
Константина будто обухом ударило. Вспомнил, как в поту на стройке за границей деньги копил, как на взнос откладывал… А ей — просто так?
Промолчал. Докопал грядки и уехал. А на сердце — камень.
Через неделю Света сама написала. Балконная дверь сломалась — просила починить. Константин согласился: любопытно было глянуть на её «хоромы». Квартира оказалась обычной, ничем не лучше его.
— Петли разболтались, — осмотрел он. — Новые поставить надо.
— Сам закажи. И у мамы денег возьми, — равнодушно бросила Света.
— Ты в своём уме?! Мать тебе жильё купила, обставила, а ты даже на петли скинуться не можешь?
— Просто завидуешь. Мама меня больше любит. Всё, свободен!
Константин вышел, не сказав ни слова. В тот же день удалил её номер. Больше не хотел ни звонков, ни встреч.
— Пусть живут как хотят, — решил он. — Я своё место знаю. И ключей больше никому не доверю.