Сыр, который пробуждает детские воспоминания

Обучение жизнью

**Сыр тёти Гали**

Никто точно не помнил, откуда взялась тётя Галина мамина подруга. Казалось, она существовала всегда, как телевизор «Рубин», очереди за колбасой и Николай Басков. Отец подозревал, что она агент спецслужб, внедрённый для изучения терпения обычных людей. Дед же был уверен, что тётя Галина шестая казнь египетская, которую забыли упомянуть в Писании. Даже мама не могла вспомнить, откуда они знают друг друга. Тётя Галина была как тот странный предмет в ящике стола: непонятно, зачем нужен, но выкинуть рука не поднимается.

У неё не было ни мужа, ни детей, зато свободного времени хоть отбавляй. Такие женщины опаснее санкций. Закопаешь её в вечной мерзлоте, а она и там организует кружок вязания для белых медведей.

Что касается предпринимательской жилки, то у тёти Галины она была закупорена. Каждый год она втягивала нас в новый «бизнес», сбежать от которого было невозможно даже на Крайний Север. У неё были загранпаспорт, виза шенген и знание пяти языков, но ни на одном из них она не понимала слово «нет».

Сперва тётя Галина продавала «чудо-крем» из Алтая, от которого у мамы выросли бакенбарды и развилась аллергия на зеркала. Потом вязала носки из «нано-шерсти» тут пострадал отец. Она клялась, что они «укрепляют мужскую мощь», и требовала отзыв через месяц. Отец ответил через три дня. Говорят, после этого ему звонил Самойлов и просил совета.

Дед тоже не избежал участи. Тётя Галина подсунула ему БАДы для «чистки сосудов и омоложения». После недели приёма деда показывали в новостях как предвестник урагана, а соседи крестились, увидев его на улице.

Идей у неё было много: мыло с экстрактом полыни, конфеты из топинамбура, подушки из конского волоса. Она могла часами рассказывать о пользе своих товаров, пока слушатель не чувствовал, как отрастает хвост. Когда вера в разум окончательно угасала, она предлагала скидку. И жертва сдавалась. Нам, как «близким», везло больше всех мы получали «подарки».

А месяц назад тётя Галина начала делать домашний сыр и приносить его нам во всех возможных формах. Запах был такой, что даже кошка Маркиза, обычно равнодушная ко всему, стала шипеть на холодильник. Квартира теперь не годилась ни для продажи, ни для сдачи как, впрочем, и весь дом. Лишь дед был доволен: его перестали заставлять мыть посуду и даже хвалили за стойкость.

Сыр был загадочным. Он гнул вилки, взрывался в микроволновке и исчезал в духовке, оставляя после себя тёмное пятно. Иногда казалось, что он по ночам нападал на другие продукты и обращал их в свою веру.

Однажды я попробовал добавить его в картошку. На выходе получилось нечто, после чего нас на полгода отключили от газа.

Мама уговаривала потерпеть. Тётя Галина клялась, что первая партия всегда «тренировочная», а следующая будет «как у французов». Услышав это, дед схватил топор и пообещал выписать нас из квартиры, если сыр появится на его столе. Отцу было сложнее он любил маму больше жизни (сам дурак), так что выбора у него не было.

А мне тётя Галина заявила, что современные дети и так полны химии, и я спокойно могу есть ламинат. Натуральное у неё уверяла она маму, а на счётчик Гейгера, зашкаливавший возле сыра, лишь махала рукой: «Советская техника!»

Но потом случилось неожиданное. Сыр оказался съедобным. Мы, конечно, предварительно выпили по бутылке «Энтеросгеля» и приготовили запасные штаны. Но вкус а он был мягким, с лёгкой остринкой и сливочным послевкусием нас поразил. Мама нарезала бутерброды, отец добавил сыр в суп, и даже дед, учуяв аромат, не удержался от кусочка.

Тётя Галина победила. Впервые её слова не расходились с реальностью. Правда, лишь маме она призналась, что сыр делал не она, а её новый муж повар из «Праги», которого она чуть не отправила на тот свет, угостив «сырным фондю». Мужчина три дня провёл в больнице, а очнувшись, сказал, что понял своё предназначение: спасать мир от идей тёти Галины. Если ей что-то «приспичит», он будет делать это сам, а ей разрешит принимать похвалы. Женился на ней, видимо, из чувства долга перед человечеством.

С тех пор мы следим за их браком. И горячо надеемся, что он продлится долго. Ведь если что-то случится сыр опять станет её рук делом.

*Мораль: даже самый странный человек может принести в мир что-то хорошее. Главное чтобы рядом был тот, кто вовремя остановит.*

Rate article
Histoires de Vies
Add a comment

nineteen − seven =