ДВА КАПУЧИНО.
Добрый вечер, Вера Петровна! Как всегда, два капучино? спросила я, стараясь скрыть тревогу, глядя на её измождённое, но всё ещё очаровательное лицо.
Здравствуй, Оленька! Да, родная, два капучино. И, будь добра, булочку с маком, вздохнула она, цепляя трость за спинку стула и с трудом опускаясь у окна.
Мы волновались, где вы задержались! Неужто забыли, какой сегодня день? Я даже на улицу выбегала, проговорила я, кивнув новой официантке.
Голубка, со мной всё будет, да не сейчас махнула рукой Вера Петровна. Карточку банкомат сожрал, пришлось в Сбер бежать. А там бабки, как на дефицит в перестройку! Шутила она, но усталость проступала в каждой морщине.
Её руки в чёрных перчатках дрожали, губы поджаты, лицо будто выцвело. Годы не радость.
Я работаю в маленькой кофейне в самом сердце Екатеринбурга. Город хранит тысячи историй, но сейчас только одна.
Начала я здесь в пятнадцать, мечтая заработать маме на телефон. Сначала мыла полы, потом стала официанткой. Теперь учусь на психолога заочно, а жизнь преподаёт уроки здесь, среди аромата кофе и шёпота воспоминаний.
Люблю наблюдать за гостями: шумные студенты, влюблённые пары, мамочки с детьми. Но запомнилась одна пара высокий седой мужчина и женщина, отчаянно цепляющаяся за молодость.
Они приходили каждую субботу, несмотря на погоду.
Замёрзла, упрямая моя? ворчал Николай Сергеевич. Говорил же, дождь будет!
Не сахарная не растаю! огрызалась Вера Петровна.
А помнишь, как осенью бронхит схватила? Месяц потом лечились!
Хватит ворчать, старый! Лучше булочку закажи, отрезала она, королевски кивнув.
Он заказывал, а она ела, закрывая глаза от удовольствия.
Как ты это делаешь? смеялся он. Ешь за двоих и не толстеешь!
Год назад его не стало. Но Вера Петровна всё так же приходит, заказывает два капучино и пьёт один. Вторая чашка стоит нетронутой.
Она сидит у окна, молча размешивает сахар, смотрит вдаль. Иногда плачет, вытирая слёзы батистовым платком. Не трогаю её в эти минуты пусть останется с воспоминаниями.
Однажды она рассказала их историю.
Познакомились в библиотеке. Она упала со стремянки, он подхватил.
Ты не ушиблась? спросил он тогда. А она не могла вымолвить ни слова только сгорала от стыда.
Я утонула в его глазах, шептала она. Его голос сводил с ума.
Поженились через три месяца.
Он был моим, говорила она. Когда болела, носил мне чай с мёдом, надевал шерстяные носки Не хватает его, Оль.
Хозяйка кофейни пыталась не брать с неё денег, но Вера Петровна всегда отказывалась:
За всё в жизни надо платить.
Оплатив заказ, она вышла, опираясь на трость. Я смотрела ей вслед и плакала.
На столе остались две чашки. Одна пустая.
Пока есть такие люди хочется жить. И любить.