С тех пор как мой муж, Дмитрий, переехал к своей «больной» матери, прошло уже полгода, и он не собирается возвращаться домой. А еще он упрекает меня в том, что я не хочу его понять и помочь.
Раньше он жил у нее недели три, но сейчас это уже переходит все границы. Как я могу помочь свекрови, которая симулирует болезнь только ради того, чтобы разрушить наш брак? Она просто привязывает сына к себе самым примитивным способом — изображая беспомощность. Я уже жила с этой женщиной под одной крышей, и повторять этот кошмар не собираюсь.
Его мать, Лидия Петровна, крайне болезненно восприняла нашу женитьбу. Она даже не скрывала, что против этого союза, но открыто не ругалась — хотела, чтобы Дмитрий считал ее идеальной матерью. Однако при каждом удобном случае она провоцировала меня и находила поводы для обид.
Я не поддавалась, тем более что жили мы отдельно — в нашей с мужем квартире. Это, кстати, тоже ее бесило: сложно контролировать сына, который начал самостоятельную жизнь, и еще сложнее — невестку, которой нет дела до ее одобрения.
Но Лидия Петровна придумала другой способ. Впрочем, она не первая. Суть проста — изображать тяжелобольную женщину, нуждающуюся в постоянном уходе.
Дмитрий, никогда раньше не сталкивавшийся с материнскими манипуляциями, купился. Его «бедная старушка» страдала от стольких недугов, что любая больница с радостью взяла бы ее на исследования. То давление скакало, то в груди кололо, то спина ныла, то колени хрустели, а то и вовсе — падала в обмороки. Правда, мне потребовалось время, чтобы осознать: все это игра. Сначала я списывала на стресс — ее любимый сынок ушел к другой женщине, неудивительно, что здоровье пошатнулось.
Когда свекровь впервые «заболела» по-настоящему, а муж уже неделю жил у нее, я собрала вещи и поехала помогать. Думала, дело серьезное. Первый день она вела себя убедительно, но на второй я заметила странность — все симптомы исчезали, стоило Дмитрию выйти из дома. Стоило ему вернуться — и она снова «страдала».
Я поделилась наблюдениями с мужем, но он, конечно, не поверил. А я не стала настаивать — собралась и уехала. Через пару дней вернулся Дмитрий: мол, маме полегчало. Видимо, свекровь не смогла скрыть радости от моего ухода. Но через несколько недель спектакль начался снова.
Меня бесило, что при каждом «ухудшении» мужа ждал бессрочный переезд к матери. Ей внезапно становилось лучше лишь тогда, когда я предлагала вызвать врача. Здоровый человек не может болеть так часто — значит, причина в другом.
Стоило Лидии Петровне понять, что врач может ее разоблачить, как она тут же «выздоравливала». Дмитрий, убедившись, что опасность миновала, возвращался ко мне.
Так продолжается уже полгода. Началось все с более-менее веского повода — операция на колене. Два года назад она упала, и хирург настаивал на вмешательстве, чтобы избежать проблем в будущем.
После операции врач велел неделю лежать. Дмитрий, как заботливый сын, остался с ней. Я не возражала — человеку действительно нужна была помощь.
Но ни через неделю, ни через месяц муж домой не вернулся. Лидия Петровна начала изображать, что не оправилась: мол, встала без помощи, упала, еле поднялась — пока сын был на работе.
Полгода Дмитрий живет у матери и верит ее сказкам. Хотя врачи в один голос говорят — осложнений нет, ходить может, просто бегать пока не стоит. Но что они понимают?
Я поставила мужу ультиматум: или возвращается домой, или забирает вещи — подаю на развод. Теперь он обвиняет меня в черствости и непонимании. Он же не к любовнице ушел, а к родной матери, которая в нем «очень нуждается»!
Все подруги спрашивают: на что я жду? Им все очевидно — пора разводиться. Видимо, и мне пора это признать, хотя до последнего надеялась, что в Дмитрии возобладает разум.
**Вывод:** Бывают матери, которые не отпускают сыновей никогда. И если муж выбирает не тебя — значит, он уже сделал свой выбор. Ждать в таком случае бесполезно.