**Дневниковая запись**
Развелись мы в мае. Ушел, хлопнув дверью, к той, что «моложе и красивее». Хотя это уже мелочи.
Сергей был обычным мужиком. До свадьбы — ухаживал, букеты дарил, стихи читал. А потом словно пробная версия кончилась, а платная оказалась урезанной.
Ничего страшного, но одна заноза сидела глубоко. Он стал считать деньги. И всё с перекосом. Да, зарплата у него была тысяч на десять выше моей (то у него рост, то у меня, но незначительно). По его логике, раз он «кормилец», значит, быт — моя забота. А траты он считал по особой схеме.
Если покупки «для дома» — значит, это он на меня потратился.
«Для дома» оказалась машина с кредитом по 30 тысяч в месяц. На которой он раз в неделю возил меня в «Пятёрочку».
«Для дома», то есть «для меня», были одеяла, кастрюли, ремонт в ванной.
«Для меня» — детские вещи, игрушки, садик и педиатры.
«Для меня» — оплата счетов. Ведь этим занималась я. А если трачу я — значит, это «мои» расходы.
Всё это шло «на жену». А «на мужа», как выяснилось, уходили копейки. И в глазах Сергея и его родни я была «чёрной дырой» в бюджете. Зарабатывала меньше, а тратила почти всё его деньги. Он любил перед зарплатой ехидно спросить: «Ну что, сколько осталось?» А оставалось, конечно, ничего.
В последний год его коронной фразой стало: «Надо урезать твои траты. Слишком много хочешь». И резал.
Сначала мы договаривались откладывать по 15 тысяч на себя, остальное — в общий котёл. Потом он решил забирать ещё и разницу в зарплатах. То есть себе оставлял уже 30, а мне — как было, 15.
Потом пересчитал и урезал общий вклад ещё на 10 тысяч. Ключевой аргумент: «У тебя шампунь за 500, а я голову хозяйственным мылом мою».
В итоге в последний год мне выделялось 70 тысяч на всё: дом, еду, кредит за машину и ребёнка. Из них 30 давал он, 40 — я. Но этого вечно не хватало.
Я перестала откладывать на себя и вкладывала в семью всю зарплату — 50 тысяч. Личные нужды покрывала редкими премиями. Всё равно выслушивала, как он меня «содержит», и как ещё урежет расходы, потому что «жадина».
«Почему не развелась раньше?» Глупая была. Верила ему. И его маме. И своей. Думала, он прав — я не умею тратить. Хожу в старье, экономлю на всём, терплю зубную боль, потому что бесплатная стоматология на ремонте, а денег на платную нет.
Зато Сергей ежемесячно тратил 30 тысяч на свои хотелки. И гордился «грамотным планированием бюджета». То новый телефон, то кроссовки за бешеные деньги, то колонки в машину.
А потом мы развелись. Улетел «великий кормилец» к той, что не ходит в секонде, качается в спортзале и не изобретает ужин из дешёвых круп.
Я, конечно, ревела. Как жить без «добытчика» с ребёнком? Стала экономить ещё жёстче. С ужасом смотрела в будущее.
А потом пришла зарплата. И на счету… остались деньги. Много. Раньше к зарплате я уже влезала в кредитку.
Потом был аванс. Денег стало ещё больше.
Я села, вытерла слёзы и начала считать. Взяла тетрадный лист, разлиновала: «Доходы» и «Расходы». Да, «уплыла» его зарплата — вернее, жалкие 30 тысяч, которые он вносил (себе оставлял 40). Исчез кредит за машину — ещё 30 тысяч.
На еду я стала тратить вдвое меньше. Никто не ворчит, что курица — не мясо. Не требует дорогой колбасы или «нормального сыра для работающего мужика» (я брала ему лучшее, а себе и сыну — попроще). Не надо покупать пиво. Сладости не исчезают вёдрами.
И самое главное — никто не кривится: «Опять твои котлеты, я пиццу хочу!»
Я ВЫЛЕЧИЛА ЗУБЫ!!! Боже мой, я ВЫЛЕЧИЛА ЗУБЫ!!!
Выкинула рваньё, в котором стыдно было забирать Мишку из садика, и купила простую, но новую одежду. В парикмахерскую сходила впервые за пять лет.
После развода Сергей начал платить алименты — 10 тысяч на садик и секцию. Перед Новым годом «из щедрот» перевёл ещё 5 и написал: «Купи ребёнку мандаринов и подарок, а то ты всё на себя потратишь».
«На себя»… Смешно. С момента развода я купила Мишке всё, о чём он мечтал: недорогой телескоп, конструктор, умные часы. На премию сделала ремонт в его комнате. А на Новый год — огромную клетку с двумя морскими свинками и кучей аксессуаров.
В декабре согласилась на повышение — раньше даже думать боялась. «Когда успевать?» А теперь успеваю. Не надо варить борщи котлами и лепить пельмени («Я тебя содержу, чтобы полуфабрикаты жрать?»).
И главное — никто не попрекает. Не называет дармоедкой. Не нервирует (ну, кроме свекрови, которая приходит «к внуку», а сама фоткает холодильник и ремонт).
Лежу сейчас на диване, жую мандарины, смотрю, как Мишка кормит своих свинок (всё уточняет: «Мама, так положил?», «Воды достаточно?»), и так спокойно на душе. Без мужа и его денег.
И плевать, что для раздела квартиры (отдать Сергею половину) пришлось продать бабушкин домик в Орловской области. Свобода и покой дороже!