Лидия обнаружила правду об отце случайно, в тот день когда пренебрегла уроками ради похода к татуировщику с подругой Аней. Забежав домой сменить школьную форму, она застыла, застряв в джинсах, услышав ключ в замке. Мысль о грабителях отпала, когда раздался голос отца. Сначала показалось разговор по телефону.
” Сейчас возьму форму и выезжаю, твердил он. Не скажешь же, что был на тренировке, когда сумка лежит под кроватью!”
Ошиблась Лида. То был голосовой. Через минуту ответила женщина:
” Родной мой, я так соскучилась! Поторопись, угощу твоими любимыми ватрушками. Они остывают… Целую крепко!”
Смысл донесся запоздало. Первой узнала голос тётя Оксана, коллега отца и сестра маминой подруги. Лида её обожала: та не вещала, как правильно жить, любила повеселиться и слушала не занудные песни родителей. Почему тётя Оксана слала отцу голосовые? Осознание пришло мучительно.
Ключ повернулся снова. Тишина. Лидия опустилась на кровать. Нет, не показалось. Отец обманывает маму. Что делать? Открыться? Как себя вести теперь?
Не решив, помчалась к Ане та засыпала сообщениями. Они месяц выбирали эскиз, Аня идеально подделывала мамину подпись. Но настроение пропало.
” Лид, что стряслось? приставала подруга. Надулась? Хочешь тоже тату? Я подделаю подпись, пустяки!”
Поделиться шоком хотелось нестерпимо, но как такое выговорить? Солгала, сославшись на тату.
Две недели не училась, избегала разговоров с мамой, огрызалась на отца. Однажды чуть не проговорилась, но мама ругалась из-за двойки по химии разразился скандал. Вечером мама принесла шоколадный эклер, Лидину слабость:
” Прости, солнышко, что сорвалась. Непедагогично. Экзамены гложут, лишь бы у тебя всё вышло!..
Мам, хватит! передернула Лида. Экзамены сдам! Эклер мне?
Тебе, конечно. Помирились? Ненавижу ссориться с тобой!”
Лидия откусила эклер, чмокнула мать и поклялась: не причинит Ольге Николаевне эту боль. Если ссора так ранит, что будет с вестью об отце? Клятва родилась мама не узнает *никогда*.
Став невольной сообщницей Игоря Петровича, Лидия его прикрывала: оправдывала задержки, напоминала о семейных датах, отвлекала Ольгу Николаевну от звонков. Сама же грубила, игнорировала просьбы, едва сдерживалась от крика.
Потом всё стихло. Отец вовремя приходил, экзамены сданы, Лида в десятом. История забывалась кошмарным сном. К тому же появился Митя студент-первокурсник юрфака, гитарист. Вечерами гуляли компанией, но всё чаще уходили вдвоём. Вот и тогда у фонтана время пролетело незаметно. Дома Лида кралась на цыпочках.
«Уф, пронесло», пронеслось в голове.
” Лидия?”
Не пронесло…
В дверь заглянула мама.
” Задержалась что-то.”
Лида ждала разноса, но мать даже слушать не стала.
” С Аней загулялись. Мам, ты в порядке?” Лида заметила при свете лампы: глаза красные, будто плакала.
” Ничего… Скажи, ты с папой в ювелирном не покупала чего? голос дрожал. Так, мысли…”
Шестое чувство велело не спешить.
” В ювелирном?
” Чек на серёжки попался… Я подумала…”
” Ах да! выдохнула Лида. Прости, забыла рассказать просила у папы на подарок Ане ко дню рождения. Очень спешила! Дорого? Извини…”
Лицо мамы прояснилось.
” Что ты! Это я так… Ты молодец, что о памятных датах помнишь, вся в отца!”
Ненависть ко лжи вспыхнула так, что завтра Лидия решила конец! Говорить с отцом? Страшно. А вот тётя Оксана… С ней справится. Что сказать придумает на месте.
Отец и Оксана работали в «Вечерней Москве» он корреспондентом, она главредом. В детстве Лиду брали в редакцию доступ был открыт.
Ждать подходящего дня пришлось недолго за завтраком Игорь Петрович проговорился о командировке на завод. Лидия сбежала с сольфеджио, попросив Аню её прикры
Лиза шла по мокрому тротуару, втягивая в легкие горьковатый запах осеннего ливня, и каждая капля, стекающая с её куртки, казалась слезой прежней наивной девочки, еще веровавшей в честность взрослых.
