Скандал в деревне из-за тёти
Как ты могла так поступить? Выставить за дверь родную тётю Галину и двоюродную сестру Арину! Им и без того нелегко — Арина развелась, одна воспитывает сына! — кричала мама, Ольга Петровна, чуть ли не плача. А теперь по всей деревне поползли слухи, будто я, Надежда, бессердечная, выгнала родных на улицу. Соседи перешёптываются, знакомые смотрят искоса, а мне уже тошно от этого всего. Я же не чудовище, у меня были причины попросить их уйти! Но кто в деревне станет разбираться, когда проще осудить? Устала оправдываться, но молчать больше не могу — надо рассказать, как всё было.
Всё началось месяц назад, когда тётя Галя и Арина с её сыном Васей приехали к нам. Арина недавно разошлась с мужем, который, по её словам, был «не подарок». Осталась одна с четырёхлетним Васей, без работы и жилья — квартиру забрал бывший. Тётя Галя, её мать, тоже решила перебраться из города в деревню, потому что «в квартире духота». Они позвонили и попросились пожить у нас, пока не устроятся. Я, конечно, не отказала — родные же. Мы с мужем живём в большом доме, у нас двое своих детей, но место нашлось. Думала, пару недель перекантуются — и всё. Как же я ошибалась.
С первого же дня тётя Галя вела себя, будто это её дом. Переставляла мебель — «так уютнее», лезла на кухню, ворчала: «Надя, как можно щи без сметаны подавать?» Я терпела, улыбалась, но внутри кипела. Арина вместо поиска работы или жилья целыми днями сидела в телефоне или жаловалась, как ей тяжело. Её Вася, конечно, мальчик неплохой, но носился по дому, как вихрь, ломал игрушки наших детей, а Арина лишь отмахивалась: «Он же маленький, чего с него взять?» Я предлагала помощь — найти вакансии, посидеть с Васей, пока она на собеседованиях. Но она лишь вздыхала: «Надюш, не приставай, мне и так нелегко».
Через две недели я поняла: уезжать они не собираются. Тётя Галя заявила, что хочет остаться в деревне насовсем, и намекнула, что мы могли бы «пристроить для них комнату». Арина поддержала: «Да, Надя, вам же дом от бабушки достался, а мы с Васей что, по чужим углам скитаться будем?» Я онемела. То есть я теперь обязана их содержать, потому что они «несчастные родственники»? Мы с мужем годами вкалывали, чтобы дом привести в порядок, детей поднимали, кредиты выплачивали. А теперь я должна делить своё пространство с теми, кто даже спасибо не говорит?
Попыталась поговорить по-хорошему: «Галя, Арина, мы рады помочь, но вам надо своё жильё искать. Вместе жить вечно не получится». Тётя Галя всплеснула руками: «Наденька, ты что, нас на мороз выставляешь? Я ж тебе родная!» Арина разревелась, Вася захныкал, и я почувствовала себя последней дрянью. Но знала: если не решусь сейчас, они так и будут на нашей шее сидеть. В итоге дала им неделю на поиски жилья и предложила оплатить первый месяц аренды. Но они обиделись и ушли к знакомым, бросив на прощание: «Пожалеешь, Надя».
И вот теперь вся деревня судачит. Мама пришла в слезах: «Надя, как ты могла? Арина одна с ребёнком, а ты их выставила!» Я пыталась объяснить, что не выгоняла, а просила взять себя в руки. Но мама лишь качала головой: «По деревне уже ползут слухи, что ты родню не жалеешь». Соседки перешёптываются, кто-то даже сказал, будто я «себе на голову беду накликала». А мне обидно до слёз. Я не каменная, я помогала, как могла! Но почему я должна жертвовать своим домом, своими нервами, чтобы другим было удобно?
Муж меня поддержал: «Надя, ты права, мы не обязаны их содержать. Пусть сами решают свои проблемы». Но даже его слова не снимают тяжесть с души. Чувствую себя виноватой, хотя знаю — поступила правильно. Арина могла бы работу найти — в деревне есть места, да и до города рукой подать. Тётя Галя могла бы вернуться в свою квартиру или хотя бы не вести себя, как хозяйка. Но они выбрали роль жертв, а я теперь — злодейка.
Иногда думаю: может, стоило потерпеть? Дать им ещё месяц? Но вспоминаю, как тётя Галя выкидывала мои вещи, потому что «мешали», или как Арина даже не извинилась, когда Вася разбил нашу вазу. Нет, так жить нельзя. Мой дом — мой покой, моя семья. И я не хочу, чтобы он стал прибежищем для тех, кто не хочет брать жизнь в свои руки.
Мама говорит, что должна извиниться и вернуть их. Но не стану. Пусть говорят что хотят, пусть судачат. Я знаю, почему так поступила, и мне не стыдно. Арина и тётя Галя — моя родня, но это не значит, что я должна тащить их на себе. Желаю им найти свой путь, но не за мой счёт. А сплетни… Пусть идут мимо. Я живу для своей семьи, а не для пересудов. Точка.