Все рядом только ты отсутствуешь
Михаил Дмитриевич, взгляните же на это великолепие! Валентина Павловна размахивала передо мной телефоном. Вот наша новенькая дача, а тут сынишкина машина, представьте, какая дорогая! А здесь внучка за роялем, в музыкалке занимается!
Да-да, отрадно, кивал я у почтовых ящиков, перебирая газеты. Тороплюсь лишь, Валина, простите…
Да куда ж вам спешить-то? Соседи ведь столько лет, а поболтать недосуг! не унималась она. Вот полюбуйтесь, это мы с супругом в Египте отдыхали, в прошлом месяце. Пять звёзд, всё включено! А вы когда в последний раз выбирались?
Я вздохнул, глянул на соседку. Усталость мелькнула в глазах.
Мне не до отдыха, Валентина Павловна. Некогда.
Как же так? удивилась она. Дети-то взрослые, внуки есть, пенсионер ведь…
Дети взрослые, да, тихо согласился я. Только далеко живут.
Ну и что? Мой сын тоже в Питере трудится, но мы общаемся, он каждую субботу навещает! А зарплата-то у него мама не горюй! Валентина снова полезла в телефон. Гляньте, норковую шубу подарил, новенькую!
Я молча поднялся на третий этаж, оставив соседку с картинками в подъезде.
Квартира встретила привычной тишиной. Трёшка, некогда тесная для нас троих, теперь казалась пустой. На подоконнике фиалки, единственные живые души.
Родненькие вы мои, прошептал я, подойдя к цветам. Хоть вы от меня не сбежали.
Включил телевизор, скорее для звука, чем для смысла. Вещали о пенсионных надбавках, новых выплатах. Я усмехнулся моей пенсии едва хватало на скромную жизнь.
Загремел телефон. Сердце ёкнуло может, Сашка звонит? Или Наденька?
Михаил Дмитриевич? незнакомый голос. Из УК. У вас долг по квартплате…
Какой долг? изумился я. Всегда аккуратен!
Здесь отчёт: за прошлый месяц платёж не прошёл…
Долго объяснял, что платил, перечислял квитанции, но в трубке уже гудел гудок.
Вечером, стемнев за окном, сидел на кухне с чашкой чая. На столе старые, плёночные снимки. Вот Сашка, первоклашка, серьёзный, с огромным букетом. Вот Наденька на выпускном, красавица, смеётся. Вот мы все на даче у тёщи, когда жена ещё жила…
Где же вы теперь, родные? спросил я фото. Почему так вышло, что я один?
Утром снова наткнулся на Валентину Павловну. Та несла громоздкие сумки из магазина.
Ой, Михаил Дмитриевич! обрадовалась она. Как раз к месту! Внучка вчера звонила в МГИМО поступила, бюджет! Представите, какая умница! Сын обещал новый айфон на подарок!
Поздравляю, ответил я.
А у вас как? Внуки? спросила Валентина, видно, из вежливости.
Нет внуков, тихо молвил я.
Как же так? удивилась она. А дети-то?
Есть дети. Саша и Надя. Только они… заняты чрезвычайно. Саша в Польше трудится, программист. Надя в Канаде, замужем…
Ну чудесно же! воскликнула соседка. Значит, всё ладно! Дети пристроены, за границей! Гордиться же надо!
Надо, согласился я. Горжусь и я.
Вот то-то же! А то кажетесь таким поднагруженным. Деньги, чай, присылают? Помогают?
Присылают, солгал я. Безусловно.
А правда Саша последний раз перевёл к дню рождения, полгода назад. Тысячу рублей. Надя не присылала вообще там, в Канаде, говорила по телефону, кредиты да ипотека.
Дома сел за старенький комп, что Саша оставил. Открыл Скайп, глянул список. Саша был в сети, но статус «Занят». Надю не видно целых три недели.
Набрал сыну: «Саш, как дела? Здоров? Скучаю».
Ответ через два часа: «Привет. Всё норм. Завал. Пиши в ТГ, Скайпом давно не пользуюсь».
Я не знал, что такое ТГ. Попытался найти программу, запутался в настройках, бросил.
Позвонил Наде. Долго не брала, потом ответила.
Пап? Что случилось? голос дочери звучал неписьмимый. У меня глухая ночь тут!
Прости, Наденька, забыл про часовые пояса. Просто узнать хотел, как ты…
Пап, не могу сейчас, честно. Завтра важная презентация. Перезвоним на выходных, ладно?
Ладно, сказа
А потом она закрыла дневник и погладила вянущий листок фиалки, понимая, что гордость за детей гложет сердце, как ржавчина, скрывая лишь вечную щемящую тишину.