Женщине стукнуло семьдесят. Юбилей! К этому дню купила отличную ткань и сшила на заказ платье шикарное, элегантное. Да ещё через интернет заказала серьги из серебра, не дешёвые. Надела всё, глянула в зеркало аж помолодела!
«Вот ведь как, подумала она, без обновок никак. Поднимают же настроение!»
Принялась готовить, чтобы гостей угостить по-праздничному. Должны были приехать сёстры, а брат обещал привезти маму ей скоро девяносто пять. Стол ломился от угощений, всё так и манило попробовать. Гости собрались.
Старушку-мать усадили на почётное место. Она, как обычно, посидит чуть-чуть, а потом пойдёт в соседнюю комнату отдохнуть. Именинница переоделась в новое платье, серьги надела, вышла к гостям а они так и ахнули!
Приятно же, когда оценили, когда удивила! Очень приятно. Выпили первую, потом вторую, как положено. И вдруг одна из сестёр брякает:
«Ну надо же, в семьдесят лет платье шить! Да ещё серьги такие дорогущие. Тебе-то зачем? Дома сидишь, никуда не ходишь. Мужа нет, не работаешь, в театры не выбираешься. У тебя же куча старых платьев, хороших. Донашивать надо!»
Остальные сёстры согласно закивали и начали рассказывать, как у них самих шкафы ломятся от вещей, которые и за десять жизней не износить.
И вдруг новое платье словно сжалось, стало давить. Серьги отяжелели, уши оттягивают. А на душе пустота. И резко так в голову: «Семьдесят есть семьдесят, жизнь прошла, а я тут разряженная, как молодуха…»
Женщина будто сразу постарела, улыбка с лица слетела, взгляд потух. Разговаривать не хотелось, есть не хотелось кусок в горло не лез. И праздника больше не хотелось. Гости притихли, почувствовали перемену.
Тут заговорила мать, до этого молчавшая:
«Моя мать тоже почти до ста лет дожила. И отец. В роду у нас долгожители. И когда матери девяносто исполнилось, отец пошёл на рынок и купил ей шаль тёмно-красную, нарядную. За стол сели, а он достаёт её из-за пазухи и на плечи жене накидывает. Мать сияет, шаль гладит, будто на двадцать лет моложе стала где там её девяносто!»
Помолчала и добавила:
«Вещи для нас, а не мы для вещей. Они радость приносят. А счастье от любви и внимания близких. Разве забыли?»
Потом строго так посмотрела на дочь, что платье осудила:
«А тебе вот что скажу язык-то поумерь. Слова не сор из избы выноси».
Встала и пошла в соседнюю комнату устала.
За столом повисло тяжёлое молчание. Сестра таки извинилась, но легче не стало. Разговаривали вяло, шутки не смешили. Всё было не то, не искренне. Ядовитые слова висели в воздухе, как туча.
Но тут ввалились племянница с мужем шумные, весёлые. Поздравили именинницу, муж встал на колено, вручил букет роз и пропел строчку из старого романса. А племянница достала маленькую коробочку там бусы из речного жемчуга! Все ахнули:
«Где ты такой нашла?!»
Она тут же надела их на тётю, подтащила к зеркалу, обняла, захлопала в ладоши и рассмеялась.
И всё тягота как рукой сняло! Снова зазвучали смех, тосты, разговоры. На лицах настоящая радость.
А женщина сидела и думала:
«Семьдесят ерунда! Сколько ещё впереди жить да радоваться!»
Так думала она помолодевшая, элегантная, с жемчугом на шее. Счастливая женщина, которой сегодня исполнилось семьдесят.