Вечер в хирургическом отделении тянулся медленно, будто сироп. Воздух пропитали запахи лекарств и хлорки. В углу сестринской, под тусклым светом лампы, сидела Алина Морозова худая, с вьющимися тёмными волосами и горящими глазами. На коленях у неё лежал раскрытый томик Бунин, её побег от больничной рутины.
Днём она училась в медучилище, ночью работала санитаркой, а эти редкие минуты покоя были для неё как глоток воздуха. Чтение спасало среди грязных простыней, капельниц и уборки за больными оно напоминало, что она ещё человек.
О-о, литературные посиделки? раздался резкий голос.
Алина вздрогнула. Книга исчезла из рук. Перед ней стоял Виктор Степанович, заведующий отделением невысокий, с редкими волосами и вечно недовольным лицом. Он держал книгу двумя пальцами, будто это была дохлая крыса.
Бунин? фыркнул он. Очень трогательно. Только вот вы не в библиотеке, Морозова, а в больнице. Здесь платят за работу, а не за мечтания.
Алина медленно поднялась. Страха не было только давняя злость.
Платят мне копейки, сказала она ровно. А палаты убраны, больные перевязаны. Имею право на пять минут отдыха?
Вот как! он повысил голос. Ещё и пререкаешься? Ещё слово и ты вылетишь отсюда без рекомендации!
Вдруг дверь распахнулась. На пороге стояла Лена, её подруга-медсестра.
Аля, срочно в пятое отделение! Дедушке плохо!
Она схватила Алину за руку и, уже в коридоре, прошептала:
Ты с ума сошла? Он же тебя сожрёт! Зачем лезешь на рожон?
Не могу молчать, когда топчут людей, ответила Алина. Он не врач. Он надсмотрщик.
От твоих слов ничего не изменится. А вот тебе будет хуже.
Благоразумие Алина усмехнулась. Для неё это слово давно потеряло смысл. С шестнадцати лет она жила по одному закону: бороться.
В детстве у неё был дом, полный смеха. Отец, крепкий, как дуб, подбрасывал её в воздух, мама пекла пироги. Но однажды отца избили не за деньги, а «для острастки». Он выжил, но стал тенью самого себя. Мать не выдержала, умерла от инфаркта. Алина осталась одна. Продала всё, что могла, пошла работать. Видела, как люди страдают, как врачи проходят мимо. И тогда поклялась: станет врачом. Настоящим.
Под утро в приёмный покой ввалился мужчина в рваной одежде, с ножевым ранением в бок. От него пахло дешёвым портвейном.
Кто это? брезгливо спросил Виктор Степанович, появившись из кабинета. Бомж? Без документов? Не тратьте на него время вызовите полицию.
Но он истекает кровью! воскликнула медсестра.
Пусть истекает.
Алина стояла, сжимая пустое судно. Вдруг в голове пронеслось: отец. Скорая, которая ехала час. Врач, сказавший: «Подождём, пока давление стабилизируется».
Она вошла в кабинет и вылила судно на голову Виктору Степановичу.
Тишина. Потом вопль:
УВОЛЕНА! Я тебя уничтожу!
Но в приёмном покое уже суетились старшая медсестра кричала: «В операционную, быстро!»
Дома мать, Валентина Ивановна, сидела у окна.
Алёнушка, что случилось?
Всё нормально, мам, соврала Алина.
Через час пришёл участковый.
Морозова? На вас заявление.
Мать побледнела. Алина рассказала всё. В глазах Валентины Ивановны был страх но и гордость.
На третий день раздался звонок.
Аля, тут странные люди спрашивают про тебя! испуганно сказала Лена.
В дверь постучали. Двое в строгих костюмах.
Мы братья Артёма. Того, кого вы спасли.
Оказалось, тот «бомж» был сыном олигарха. Ушёл из дома «на спор».
Он хочет вас поблагодарить.
Через неделю Артём пришёл с цветами. Через полгода они поженились. Через год родилась дочь Настя.
Алина окончила медакадемию. Вернулась в ту же больницу уже как врач.
Виктор Степанович, увидев её, побледнел и подал заявление на увольнение.
Она не остановила его. Просто смотрела вслед.
Справедливость это не месть. Это когда подлые люди уходят сами.
