**Дневник Екатерины Волковой**
Не как в сериалах, но сердце своё всё же нашло.
Я, Екатерина, всегда обожала сериалы. Мечтала, что моя жизнь будет такой же яркой: с неожиданными поворотами, страстью, драмой и счастливым концом. Но реальность оказалась другой — серая, скучная, будто старый выцветший ситец. Живу в деревне под Рязанью, и даже замужество не принесло того счастья, о котором грезила в юности.
Сергей, мой муж, сначала казался надёжным и любящим. Но через три года брака вдруг заявил:
— Уезжаю. Не могу больше здесь. Духота. Я рождён для Москвы, Кать.
— Как так? У нас же всё хорошо… — попыталась возразить я.
— У тебя хорошо. У меня — нет, — отрезал он, бросив пару вещей в рюкзак, и ушёл, не оглянувшись.
Слухи по деревне разлетелись мгновенно. Бабушки на лавочках шептались:
— Серёга Катю бросил, в Самару смотался. Там, поди, новая пассия объявилась.
Я молчала. Не плакала, не жаловалась. Просто жила. К родителям не вернулась — брат с женой и тремя детьми заняли весь дом. Детей у меня не было.
— Наверное, Бог уберёг. От такого, как Сергей, отца бы не вышло, — думала я, глядя на соседских ребятишек.
По вечерам садилась перед телевизором и ждала очередную серию — как там любят, предают, страдают. Сюжеты будто раскалённым железом жгли её сердце. После таких просмотров долго не могла уснуть.
А утром — снова по кругу: корова, куры, козлёнок Гришка. Не в хлеву — за огородом привязывала. Однажды соседка закричала:
— Кать, твой Гришка по деревне носится, сорвался!
Выбежала за калитку — а он бодает забор, рогами поддевает.
— Гриш, ну пожалуйста, стой, — уговаривала, хлебом манила. А он мотает головой, вырывается. Рванул — и перепугал всех соседских гусей.
Помог, как всегда, Иван — тракторист, мой бывший одноклассник. Поймал козлёнка, ловко верёвкой обмотал. Я смотрела, как он справляется — руки сильные, под рубахой мускулы видны. И вдруг внутри что-то кольнуло: как же хочется, чтобы именно эти руки обняли её…
— Что за дурь в голову лезет, — покраснела я. — Точно, как кошка в марте.
Стыдно стало. Ведь Иван жил с Надеждой, высокой, дородной женщиной, которая когда-то после праздника к нему пришла — воспользовалась тем, что он выпил лишнего. Да ещё с дочкой от первого мужа. С тех пор вместе и жили, хоть и без штампа в паспорте.
С Сергеем я развелась быстро, как только он исчез. Потом были и другие, сватались даже, но сердце молчало. А теперь вот — Иван, будто смотрит по-другому, теплее. Чувствовала его взгляд на себе, как жар. И боялась. Боялась, что Надежда узнает, по всей деревне разнесёт.
Но Иван стал каждый день мимо ходить, по меже, где раньше не появлялся. Я вставала раньше, будто грядки полоть — а на самом деле, шагов его ждала. Взгляды наши встречались, и в его глазах было то, чего у Сергея никогда не было — тепло, даже нежность.
А потом Сергей вернулся. Как ни в чём не бывало.
— Пустишь? — спросил с той же кривой ухмылкой.
— Почему из города сбежал?
Но сердце не ёкнуло. Оказалось, любви и не было. Или давно умерла.
Остался жить в доме — выгнать не могла, но и уважения к нему не было. На ночь дверь закрывала, комод подставляла, через окно забиралась. Иван видел — понимал: я Сергея не простила.
Однажды утром под окном появились ступеньки. Кто-то заботливо подставил, чтобы удобнее было. Не Сергей же… Он всё так же приходил и уходил. Это Иван ночью их сколотил.
А потом… Надежда вернулась в деревню. Но заболела, внезапно, тяжело. Дочку её забрала бабушка. Надежду увезли в больницу, откуда она не вернулась.
Я видела, как Иван по утрам чистил снег не только у себя, но и у моего дома. Тайком. А весной как-то вернулась с работы — дверь открыта, на кухне сидит полная женщина, пьёт из моей кружки.
— Ну здравствуй, хозяйка, — усмехнулся Сергей. — Мы с Таней теперь здесь. Дом мой. А ты собирайся и уходи.
В ту ночь я снова придвинула комод. Утром начала вещи выносить. Иван подошёл, молча взял чемодан, понёс к себе. Потом — снова и снова. Не спрашивая, просто забирал. Сергей с Таней молчали, переглядывались.
— Это что, у вас любовь? — фыркнул Сергей. — Ну, счастья.
Иван взял меня за руку. Повёл к себе. Я вдруг расплакалась — от счастья, неожиданности, облегчения. Он прижал меня к себе, и весь мир закружился перед глазами.
Мы быстро расписались. Теперь ждём ребёнка. Сергей вышел из дома, смотрел вслед, нахмурившись. Но мне уже было всё равно. За моей спиной стоял настоящий мужчина. И не в сериале — в жизни.