Яна вернулась из роддома и на кухне стоял второй холодильник.
Это мой и мамочкин, свои продукты туда не клади, сообщил муж.
Яна плечом прикрыла дверь, прижимая к груди пелёнку с маленьким Сашей. Октябрьский ветер всё же успел пробраться под пальто, и теперь ей хотелось только тепла, тишины и покоя.
Роддом остался позади, впереди был дом квартира, доставшаяся от бабушки, переоформленная на её имя ещё до свадьбы. Каждый уголок был знаком, каждая трещинка на потолке напоминала о прошлом. Здесь она должна была чувствовать себя в безопасности.
Игорь вошёл первым, сбросил ботинки и бросил пальто на пол в прихожей. Яна переступила порог и замерла. Что-то было не так. В воздухе витал чужой запах не её духов, не её крема для рук. Что-то цветочное, смешанное с резким, непривычным ароматом.
Давай уже, не стой в дверях, бросил Игорь, даже не обернувшись.
Яна сняла обувь и медленно пошла по коридору. В гостиной царил полумрак, на диване лежала незнакомая подушка с розовой вышивкой. На журнальном столике стояла ваза с искусственными цветами неделю назад её точно не было.
На кухне раздавался стук посуды. У плиты стояла Людмила Степановна, свекровь, в фартуке, энергично помешивая что-то в кастрюле. Волосы уложены, на шее жемчуг, на губах помада будто готовилась принимать гостей, а не встречать невестку из роддома.
А, Яночка! Наконец-то! воскликнула Людмила Степановна, не отходя от плиты. Покажешь малыша? Давай сюда, быстрее!
Яна инстинктивно сделала шаг вперёд но её взгляд зацепился за что-то у противоположной стены: огромное, блестящее. Рядом со старым холодильником, который стоял здесь годами, появился второй новый, серебристый, с фабричными наклейками и ручками, ещё в плёнке.
Это откуда? растерянно спросила Яна, глядя на свекровь.
Та обернулась, вытерла руки об фартук и улыбнулась, будто только что устроила сюрприз.
Купили! Игорь сходил с нами, выбрали хороший, вместительный. Теперь на кухне будет порядок. Питаться надо правильно, особенно с малышом. Ты же понимаешь?
С нами? переспросила Яна. С кем?
Ну, со мной, конечно! щёлкнула ложкой Людмила Степановна. Отныне я тут живу, буду помогать. Разве Игорь не сказал?
Кровь отхлынула от лица Яны. Саша завозился у неё на руках, и она инстинктивно крепче прижала его к себе.
Игорь? позвала Яна, повернувшись к двери.
Муж как раз зашёл на кухню с двумя пакетами продуктов. Лицо усталое, взгляд отсутствующий.
Что?
Твоя мама говорит, что теперь тут живёт?
Игорь кивнул, будто речь шла о чём-то обыденном.
Конечно. Тебе нужна помощь. Мама согласилась пожить тут, пока ты не окрепнешь.
Пожить? Яна нахмурилась. А холодильник при чём?
А, это. Игорь поставил пакеты на стол и почесал переносицу. Мама купила, чтобы её продукты были отдельно. У неё особый режим питания.
Особый режим, медленно повторила Яна. В моей квартире.
Яна, не начинай. Я устал. Мама хочет помочь, а ты сразу истерику закатываешь.
Людмила Степановна уверенно открыла новый холодильник и стала раскладывать продукты. Яна следила за её движениями: йогурты, творог, бутылочки с этикетками, контейнеры с овощами.
Видишь, закрыла дверцу свекровь. Теперь у каждого своё. И никто никому не мешает.
Яна хотела что-то сказать, но Саша заплакал. Громко, требовательно. Нужно было срочно кормить, переодевать, укладывать. Голова гудела от усталости, сил не оставалось. Все вопросы отошли на второй план.
Иди, иди, покорми ребёнка, махнула рукой Людмила. А я тут наведу порядок.
Яна медленно вышла из кухни и прошла в спальню. Тут тоже что-то изменилось. На комоде лежали чужие вещи крем для рук, флакон духов, расчёска. На стуле был брошен халат, явно не её.
Игорь, тихо позвала Яна, повернувшись к двери.
Муж появился на пороге.
Что ещё?
Почему вещи твоей мамы в нашей спальне?
В гостиной она спит на диване, но свои вещи сложила сюда, чтобы не мешали в коридоре. Какая разница?
Разница в том, что это моя квартира.
Игорь вздохнул, будто Яна придиралась к пустякам.
Яна, хватит. Мама пришла помочь, а ты к каждой мелочи придираешься. Тебе что, одной с ребёнком лучше? Без помощи?
Яна промолчала. Саша сосал молоко, его крошечный носик тихо сопел, а в голове у неё роились всё более тревожные мысли. Как так вышло? Она ушла в роддом из своей квартиры, где жила с мужем, а вернулась куда? В общежитие, где у каждого свой холодильник и свои правила?
Когда Саша наелся и уснул, Яна осторожно переложила его в кроватку у окна. Пора было разобраться, что происходит. Она вернулась на кухню.
Людмила Степановна сидела за столом с чашкой кофе, листая журнал.
Уснул? Молодец. Детей с первых дней надо приучать к режиму.
Яна подошла к старому холодильнику и открыла дверцу. Он был почти пуст бутылка молока, кусочек сыра, несколько яиц. Всё остальное исчезло.
Людмила Степановна, где еда? спросила Яна.
Какая еда, дорогая?
Та, что была в холодильнике. Курица, овощи, соки.
А, это. Свекровь отхлебнула кофе. Выбросила. Уже несвежие были, странно пахли. Не хотела, чтобы ты отравилась.
Яна окаменела.
Выбросила мою еду?
Яна, не кричи, вмешался Игорь, зашедший на кухню. Мама правильно сделала. Лучше перестраховаться.
Я не кричу. Просто спрашиваю. Людмила Степановна, вы хотя бы сроки годности смот