– Да быть не может! Ну как ты могла, мама?! – кричала Светлана, размахивая руками.
– Светочка, успокойся, давай обсудим нормально, – Лариса Сергеевна потянулась к дочери, но та резко отстранилась.
– Нормально?! – в голосе Светы дрожали слёзы. – Ты понимаешь, что теперь я посмешище для всего района?
– Да ладно тебе, какой район? Мы же на окраине живём.
– Мама! – Света схватилась за голову. – Ты специально не догоняешь или правда не понимаешь?
Лариса Сергеевна тяжело опустилась на диван. В свои шестьдесят она всё ещё считала, что вправе устраивать личную жизнь взрослой дочери. Но сейчас впервые за долгое время почувствовала себя старой и вымотанной.
– Я просто хотела помочь, – тихо проговорила она. – Ты же после развода с Сергеем совсем в себя ушла.
– Это моя жизнь! – вспыхнула Света. – Моя! Мне сорок два, мам, я не ребёнок!
– Вот потому и переживаю. Время-то идёт…
– Что, уже старая? Непривлекательная?
Лариса Сергеевна покачала головой.
– Красавица ты моя, умница. Просто слишком гордая. Мужики боятся к тебе подступиться.
Света заходила по комнате, нервно теребя пояс халата. Утреннее солнце заливало кухню золотистым светом, но в воздухе висело напряжение.
– Мам, ну как можно было дать объявление в «Из рук в руки»? – устало спросила Света. – И ведь какое!..
– А что не так? – обидчиво фыркнула Лариса Сергеевна. – Всё честно написала.
– Честно? – Света достала из кармана смятый листок. – Цитирую: «Знакомлю дочь 42 лет, красивую, хозяйственную, с хорошим мужчиной для серьёзных отношений. Работает бухгалтером, не пьёт, готовит отлично. Звонить маме». К маме, блин!
– Ну и что? – развела руками Лариса Сергеевна.
– Что «и что»? Я что, корова на ярмарке? И почему звонить тебе, а не мне?!
– Потому что ты бы всех забраковала. Нашла бы сто причин, почему не подходит.
Света плюхнулась на стул и закрыла лицо ладонями.
– Мам, мне с утра трубку не положить. Вчера дед лет семидесяти спрашивал, умею ли я варить щи и согласна ли переехать к нему в деревню «на свежий воздух».
– Ну этот явно мимо, – кивнула Лариса Сергеевна. – А другие?
– Какие другие?! Это унизительно, мам! Как будто я сама не в состоянии мужика найти.
– А можешь?
Вопрос прозвучал тихо, но попал точно в сердце. Света замолчала. После развода прошло пять лет, а она так и не встретила никого, кто бы её зацепил.
– Это не значит, что нужно искать через газету, как в лихие девяностые, – пробормотала она.
– А как? Через приложения? Так ты же в них ни уха.
– Научилась бы.
– Ага, как научилась за пять лет.
Лариса Сергеевна встала и направилась к плите.
– Чай будешь? – бросила через плечо. – Или коньячку плеснуть для храбрости?
– Мам, хватит, – Света проследовала за ней.
На кухне пахло свежими блинами. Лариса Сергеевна всегда стресс заедала готовкой.
– Опять ночь простояла у плиты? – Света невольно тронула стопку ещё тёплых блинов.
– Не спалось, – призналась мать. – Думала, как с тобой поговорить.
– Надо было думать до объявления.
Лариса Сергеевна включила чайник и достала две кружки с матрёшками.
– Ну посуди сама. На работе у тебя одни женщины, дома — сериалы да книги. В магазин выходишь — спортивки, волосы пучком.
– Я нормально выгляжу!
– Для дома — да. А для мужчин? Когда ты последний раз в платье была?
Света задумалась. После развода она и правда перестала стараться.
– Это не повод торговать меня через газету, – упрямо буркнула она.
– А что тогда? Ждать, пока князь на «Мерседесе» под окнами остановится?
Чайник зашипел. Лариса Сергеевна разлила чай и подвинула дочери тарелку с вареньем.
– Мам, а сколько звонков было? – неожиданно спросила Света.
– Много. Всё записала. Хочешь глянуть?
Она достала из ящика тетрадку в клетку с надписью «Женихи для Светы».
– Серьёзно? – фыркнула Света. – Как в школьном дневнике.
– Зато системно. Вот, например, Дмитрий — 48, инженер, без вредных привычек. Разведён, детей нет. Голос приятный.
Света пролистала страницы. Мать скрупулёзно записывала данные: имя, возраст, профессия, доходы.
– Мам, ты что, с каждым беседуешь?
– Естественно. Думаешь, я тебя первому встречному отдам? Проверяла всё: где живёт, сколько получает, с кем раньше был.
– Прям как в ФСБ, – хмыкнула Света.
Лариса Сергеевна гордо подняла подбородок.
– А как иначе? Надо знать, с кем дело имеешь.
Среди записей попадались пометки: «пьёт», «живёт с бывшей», «ищет кухарку», «наглый».
– А этого Петра почему зачеркнула?
– Так он сразу про постель завёл. Я ему: «Моя дочь — не лёгкого поведения!»
– Понятно. А вот этот Артём?
– Вроде ничего. Сорок пять, директор склада, своя трёшка. Вдовец, дочь в другом городе.
Света отложила тетрадь и посмотрела на мать.
– Мам, ты правда веришь, что так можно встретить нормального?
– А почему нет? Раньше свахи женили — и ничего.
– Сейчас другие времена.
– Времена меняются, а люди — нет. Все хотят тепла да семьи.
Запищал телефон. Лариса Сергеевна схватила трубку.
– Алло? Да, по объявлению… Сколько вам лет? Сорок? А работа? ТаксИ когда через год Света и Дмитрий праздновали свадьбу, Лариса Сергеевна, утирая слёзы, прошептала: “Ну вот, а ты говорила — газеты не работают”.