Да что ты понимаешь в кухне! резко бросила Валентина Ивановна, вырывая у невестки Ольги из рук чугунок. Гречневую кашу варить это не просто так, это целая наука!
Ольга стояла посреди своей кухни, не веря глазам. Всего три дня назад свекровь переехала к ним «ненадолго, пока ремонт делают», а уже успела перевернуть весь дом вверх дном.
Валентина Ивановна, тихо произнесла Ольга, это моя кухня. Я сама решаю, что и как готовить.
Твоя? усмехнулась женщина. А кто квартиру оплатил? Мой сын! Значит, я здесь тоже не чужая!
В этот момент в Ольге что-то надломилось.
В свои сорок три года она привыкла терпеть. Работа в школе научила её выдержке. Но то, что творилось сейчас, было уже слишком.
Валентина Ивановна появилась в субботу с двумя огромными чемоданами.
Придётся у вас пожить пару недель, бодро заявила она.
Михаил, муж Ольги, как всегда в вопросах, касающихся матери, тут же сник.
Конечно, мам, располагайся.
И понеслось. Свекровь перемыла всю посуду, передвинула мебель, выкинула половину цветов «пыльники». На третий день взялась за кухню, выбросив все «заморские приправы». Михаил молчал.
Да ладно тебе, потерпи немного, сказал он жене. Она же моя мать. И в жизни видала больше.
В этот момент Ольга осознала ждать помощи неоткуда.
А утром случилось то, что переполнило чашу. Ольга проснулась от запаха гари. Выбежав на кухню, она увидела, что на плите дымится чугунок, а свекровь у окна болтает по телефону.
Валентина Ивановна! У вас еда подгорает!
Да ерунда, отмахнулась та.
Ольга бросилась к плите. Чугунок был испорчен.
Это же мой любимый чугунок!
Ну и что? Зато каша получилась как надо, с поджаринкой!
В кухню вошёл Михаил.
Что тут происходит?
Твоя жена орёт из-за какого-то чугуна, пожаловалась Валентина Ивановна.
Оль, вздохнул Михаил, не надо так нервничать. Мама старается.
И тут в Ольге что-то щёлкнуло. Она посмотрела на мужа, на свекровь, на испорченную посуду.
Знаете что, сказала она тихо, но твёрдо, мне хватит. Валентина Ивановна, раз вы здесь хозяйка, то и готовьте сами. И убирайте. И стирайте. А я иду за продуктами.
Ты куда?! растерянно спросил Михаил.
Делаю то, что должна была сделать три дня назад. Защищаю свой дом. А вы, Валентина Ивановна, можете жить здесь. Но по МОИМ правилам. Это МОЙ дом, и хозяйка здесь Я.
Да как ты смеешь! вспылила свекровь. Миша, ты слышишь?
Слышу, неожиданно спокойно ответил муж. Знаешь, мам, Ольга права. Это её дом, и она вправе решать, как здесь жить.
Валентина Ивановна открыла рот.
Но я же твоя мать!
Именно поэтому ты должна уважать мою жену, твёрдо сказал Михаил.
Следующие дни прошли в тягостном молчании. Свекровь ходила с кислой миной, но правила соблюдала. Через неделю собрала вещи.
Ремонт закончился? спросила Ольга.
Нет, сухо ответила та. Но я поеду к Людмиле. Там спокойнее.
Ольга кивнула. Она понимала свекровь просто не могла жить там, где её не считают главной.
Когда дверь закрылась, Ольга почувствовала не облегчение, а пустоту.
Не переживай, обнял её Михаил. Мама обидчивая, но быстро отходит. Думаю, она поняла, что с тобой шутить не стоит.
Вечером Ольга сидела на кухне с чашкой чая. Её дом. Её правила. Её жизнь. Она поняла, что иногда надо показать характер, чтобы тебя уважали. И что настоящий мужчина поддержит жену, даже если придётся выбирать между ней и матерью.
За окном распускались первые подснежники. Жизнь шла своим чередом, и теперь Ольга знала она хозяйка не только своего дома, но и своей судьбы.