**Просто друзья**
Звонок отвлёк Свету от ужина. Готовила она редко. Утром — кофе, в обед — бизнес-ланч в столовой, вечером — кефир с печеньем, а если совсем невмоготу — яичница. По выходным ездила к родителям. Мать всегда нагружала её контейнерами с едой, отказ был равносилен объявлению войны.
Света допивала кефир, когда из комнаты донёсся раздражающе бодрый звонок телефона. “Надо бы сменить на что-то спокойнее”, — подумала она. Мелодия въедалась в мозг, как гвоздь. Дозвонившийся настойчиво звонил снова и снова — значит, дело важное. Света взяла трубку.
— Привет. Уже не надеялась дозвониться, — раздался до боли знакомый голос. Прошли годы, но она узнала его мгновенно. “Брось трубку!” — закричал в голове внутренний голос.
— Не вешай, пожалуйста. Мне нужно поговорить, — словно прочитав мысли, торопливо попросила бывшая подруга.
Света молчала.
— Мне не к кому больше обратиться. Только ты можешь помочь. Дай адрес, я приеду. Поверь, это серьёзно, — добавила Катя после паузы.
Что-то случилось. Просто так Катя бы не позвонила. Когда-то они были не разлей вода, но это было в другой жизни.
— Ладно, сброшу смской, — коротко ответила Света и отключилась.
Сердце застучало тревожно. Почему? Пальцы дрожали, когда набирала адрес. Катя сразу ответила: “Жду”.
Света вернулась на кухню, помыла стакан и села за стол.
Сколько лет она гнала от себя воспоминания. Думала, простила, забыла, успокоилась. Но этот звонок разом всколыхнул прошлое, и нахлынуло, как лавина с гор.
***
Мама обожала фильм “Берегите женщин”. Союз распался, а картину до сих пор крутят по ТВ. Свету назвали в честь героини — каждый при знакомстве тут же вспоминал кино.
В отличие от актрисы, Света не блистала красотой. Русые волосы, светлые ресницы, серые глаза. Фигура тоже оставляла желать лучшего. “Ещё вырастет”, — утешала мать.
А вот у Кати грудь — загляденье. Она носила её с гордостью, и взгляды парней неизменно застревали там.
Каждое лето Свету отправляли к бабушке в деревню. Теперь там почти никто не жил — только четыре дома: бабушка, соседка тётя Люба, да пара стариков. К тёте Любе на каникулы приезжал внук. С ним Света и проводила лето.
Но однажды всё изменилось. В тот год она увидела перед собой не мальчишку-приятеля, а стройного парня и вдруг застеснялась броситься к нему, как раньше. А Сергей обрадовался, позвал на речку — будто ничего не случилось.
Они болтали всю дорогу, но на берегу перед ним Света постеснялась снять платье. Ждала, пока он зайдёт в воду, потом быстро стянула одежду и нырнула, чтобы он не разглядел её маленькую грудь. Обещания матери так и не сбылись.
В конце августа они расставались до следующего лета. Обменяться контактами никому в голову не приходило — будто деревенская и городская жизнь существовали в разных мирах.
Перед выпускным Сергей не приехал. Тётя Люба сказала, что уехал с матерью на юг. Света, заскучав, написала Кате и позвала в деревню. Та обрадовалась — у неё не было ни бабушек, ни дачи.
А через две недели неожиданно приехал Сергей. Он вымахал, плечи стали шире, а тёмные ресницы и карие глаза вызывали у Светы бессильную зависть. Теперь он был настоящим красавцем. И тут она вдруг пожалела, что позвала Катю.
Та, едва увидев его, тут же пошла знакомиться.
Ночью Катя шепталась:
— Ты с ним целовалась?
— Что ты! Мы же просто друзья! — возмутилась Света.
И тут же пожалела о своих словах.
Теперь они везде ходили втроём. Света чувствовала себя лишней. Впервые её обрадовала мысль о скором отъезде.
Сергея она забыла на год, а с Катей оставалась подругой. После школы Света в деревню не поехала — зимой умерла бабушка. “Неужели больше не увижу Сергея?” — думала она, но просить родителей разыскать его через тётю Любу казалось нелепым.
С Катей виделись всё реже — учились в разных вузах, да и та как-то отдалилась. При встречах стало не о чём говорить.
А потом Катя позвала её на свадьбу.
— Как? На первом курсе? Не рано? — удивилась Света.
— А куда денешься? Скоро бабушкой стану, — усмехнулась Катя. — Будешь свидетельницей?
Свадьбу играли перед Новым годом. Света похолодела, увидев в дверях Сергея. Хотелось сбежать, спрятаться, умереть — лишь бы не видеть, как они смотрят друг на друга. Но она не могла подвести — была свидетельницей.
На всех фото со свадьбы Света вышла ужасно. Она одна не улыбалась, будто потерянная. В середине вечера она ушла.
Катя не чувствовала вины — ведь Света сама сказала, что они с Сергеем просто друзья. Какое-то время та звонила, потом родила, и их пути окончательно разошлись. Света запретила себе думать о них.
Но встречаться с другими парнями не получалось — всех сравнивала с Сергеем…
***
Сколько лет прошло? Лет десять? Мать сказала, что тётя Люба умерла, дом продали, и теперь там живут чужие. И вот — этот звонок. Бывшая подруга сейчас приедет. “О чём говорить? Зачем согласилась?” — корила себя Света.
Когда открыла дверь — едва не ахнула. Неужели за десять лет человек может так измениться? Перед ней стояла не Катя, а её тень. Лицо осунулось, под глазами — тени, грудь опала.
— Здравствуй. Сильно изменилась? Можно войти? — голос остался прежним, но сухим, безжизненным.
— Проходи на кухню. Чай будешь? — Света включила чайник.
— А ты не изменилась. Я скоро умру, — Катя сказала это буднично.
— Рак? — осторожно спросила Света.
— Да. Думала, пронесёт. Не выживу. Присмотри за Сашей, когда меня не станет.
— Прекрати! Ты обязательно поправишься… — слабо запротестовала Света.
— Брось. Саше девять. Сергей один не справится.
— А родители?
— Его мать снова замужем. А моя… ты знаешь, ей ничего доверить нельзяСпустя годы, глядя на счастливого Сашу и Владимира, Света поняла, что иногда самые тяжёлые потери ведут к самым светлым встречам.