**Дневник. Запись от 14 мая.**
С самого детства Варя ненавидела своё тело. Полненькая, не как другие девочки, она завидовала их стройности. Сколько ни сидела на диетах — всё без толку.
— Брось издеваться над собой, — успокаивал её отец. — Ешь нормально. Кого надо — полюбит и так. Я твою мать не за фигуру полюбил, а за душу. Женщина должна быть мягкой, как тёплый пирог.
— Тебе легко говорить! Ты хоть десять пирогов съешь — не поправишься! — злилась Варя.
— А ты чего вдруг за диеты взялась? Влюбилась? — вдруг спросила мать.
Варя потупилась.
— Я тоже в школе по уши влюбилась, — вздохнула мать. — А ему нравилась самая красивая в классе. Потом школу закончили, я его забыла, а через пять лет встретила. И знаешь… обрадовалась, что с ним ничего не вышло.
— Почему? — Варя насторожилась.
— Женился на той красавице. Денег ему вечно не хватало — она наряды требовала. Вот он и решил схитрить… Украл, сел. Вышел другим человеком. Жена ушла, водку пить начал. А ведь всё так хорошо начиналось…
— Если бы он выбрал тебя, всё могло сложиться иначе, — предположила Варя.
— Не мог он меня выбрать. Ему стройные нравились. Будь иначе — всё равно развелись бы. Зато тогда бы я твоего отца не встретила. Всё к лучшему.
Но Варя упрямо тряхнула головой:
— Всё равно похудею!
Весь вечер она искала в интернете диеты, разглядывала фото «до и после». Если у них получилось — получится и у неё.
Утром, потягиваясь в кровати, она вдруг вспомнила про «новую жизнь». За окном — хмуро, дождь на подходе. «Может, завтра?» — но тут же передумала. Оделась в спортивный костюм и вышла во двор.
Город спал. Хорошо — никто не увидит. Она побежала.
Через пять минут — колет в боку, кашель душит, пот заливает лицо. Остановилась, отдышалась, размахнулась руками, как мельница, и поплелась обратно. «Ничего, привыкну».
Наутро болело всё. Но Варя снова натянула кроссовки. Домой вернулась еле живая.
— Откуда мокрая? — удивилась мать.
— Бегала.
— Молодец! У меня никогда воли не хватало. Душ прими и завтракай, а то опоздаешь.
— Только кофе. Пироги не буду.
— Резко начинать нельзя, — покачала головой мать. — Как в беге — если сразу рванешь, до финиша не дойдёшь.
— Уважаю! — отец хлопнул Варе по плечу, налил себе кофе.
— Ты что, тоже на диету сел?! — мать ахнула.
— Не переживай, я за Варю доем, — подмигнул он, откусывая пирожок с такой радостью, что у Вары слюнки потекли.
«Один не повредит…» — но она лишь залпом осушила кофе и убежала.
— Голодом мориться будет, — вздохнула мать.
Со временем Варя втянулась. Брюки стали свободнее. В зеркале изменений не видела, но верила — они есть.
Как-то её обогнали две стройные девушки.
— Осторожно, жир с неё капает — вот и скользко! — фыркнула одна.
Вторая смущённо улыбнулась: «Прости…»
Варя свернула с дорожки. «Не судьба…»
Решила попробовать танцы. В раздевалке услышала: «Корова пришла». Дождалась, пока все уйдут, чтобы переодеться.
Мать подсунула лишнюю котлету. Варя отказалась.
К выпускному она похудела. Да, до идеала далеко, но в зеркале себе нравилась.
На танцах Варя сидела в стороне. Боялась, что снова засмеют. Увидела, как классная что-то шепнула Юре. Тот подошёл, пригласил её на медленный. «Из жалости…»
— Озеров, смотри, куда наступаешь! Инвалидом останешься! — засмеялись из толпы.
Юра резко обернулся:
— Хватит! Вы просто злые, потому что худая кость — зависти гвоздь.
Варя покраснела. Он закружил её, шепнул: «Ты красиво двигаешься».
Больше он её не приглашал. Но тот танец она запомнила навсегда.
После школы Варя поступила в мединститут. Бегала каждое утро.
Юру видела только в соцсетях. С лыжами, с девушками… Однажды он выложил фото с кольцом: «Встретил ту, ради которой готов на всё».
Варя ревела в подушку.
На третьем курсе, на практике в реанимации, она увидела его. Мотоцикл, кома, тяжёлые травмы…
— Можно я буду за ним ухаживать? — упросила преподавателя.
Теперь она проводила у его койки часы. Говорила о весне, о том, что он скоро проснётся.
Очнувшись, он не узнал её.
— Варя Григорьева. Мы в одном классе учились.
Он пригляделся:
— Похудела… Красивая.
Она принесла черёмуху. Запах заполнил палату.
Через месяц он начал ходить.
— Зачем я тебе? Из жалости? — спросил он однажды.
— Ненавижу, когда жалеют. Помнишь, как ты за меня на выпускном заступился?
— А где та, с кольцом?
— Испугалась, что инвалидом останусь. Ты не испугалась.
Варя перестала приходить.
Как-то весной, возвращаясь из магазина, она столкнулась с ним на улице. Он шёл, опираясь на палку.
— Вот ты где! Я каждый день здесь гулял — надеялся встретить.
— А та девушка? — спросила Варя.
— Приходила извиняться. Я простил. И всё.
— Помнишь Анжелу, с которой переписывался?
Он удивлённо поднял бровь.
— Это была я. Я пришла тогда на встречу… но стояла за углом и ушла. Боялась, что толстая.
— Дура… — он обнял её. — Я так переживал, когда ты пропала.
— Устал? — Варя заметила, как он хмурится от боли.
— Немного.
— Пойдём ко мне.
Через год они поженились. На свадьбе Юра шепнул ей:
— Закусывай. А то опьянеешь — не донесу. Не бойся поправиться. Ты мне любая нравишься.
— Лучше потанцуем, — улыбнулась Варя.
Она вспомнила слова отца: «Всё к лучшемуЧерез год у них родилась дочь, которую они назвали Надей — в честь надежды, что когда-то согрела их сердца и привела друг к другу.