Бабушка из ниоткуда
Лиза спала, будто после двух суток на стройке, когда резкий звонок в дверь разбудил её.
— Господи, кто там, в такую рань?! — проворчала она, ворочаясь на кровати. Но звонок не стихал — настойчивый, как будто кто-то спешил, боясь опоздать.
Раздосадованно накинув халат, Лиза подошла к двери и глянула в глазок. На пороге стояла сморщенная старушка, в руках — огромный рыжий кот, а лицо бледное, будто жизнь из неё уже ушла.
— Кто здесь?! — строго спросила девушка, даже не собираясь открывать. Таких старушек побаивались — уж больно странные истории о них ходили. Но вдруг бабка охнула, ослабла и поползла по стене. Кот выскользнул из её рук и, жалобно мяукая, закружил у ног.
— Ну вот, опять проблемы… — Лиза вздохнула и распахнула дверь.
— Бабуля, вам плохо? Вызову скорую, не волнуйтесь, всё будет в порядке, — шепнула она, подхватывая старушку под руки. Уложив её на диван, набрала номер.
Кот, словно понимая всю серьёзность момента, уселся рядом и внимательно наблюдал.
— Как вас звать-то, бабушка?
— Ефросинья Петровна… документы… в сумке… — прохрипела старушка, указывая дрожащей рукой на потрёпанный мешок.
Лиза достала бумаги, хотела спросить ещё что-то, но бабка тихо прошептала:
— Только, милая, в больницу не надо… Внук ждёт. Деньги ему несу, а то нас с Васькой на улицу выкинет…
— Врач придёт, потом решим. За кота не переживайте — я его накормлю. А что это вы внуку деньги таскаете, а не он вам?
— Не спрашивай, родная… не твоё дело… — грустно отвела глаза старушка.
Тут снова раздался звонок — приехали фельдшер с врачом. Осмотрев бабку, они сразу сказали: срочно везти в больницу.
— Не поеду я! — упрямилась Ефросинья Петровна.
— Поезжайте, бабуля. Я вас навещу, честное слово. А с котом у нас всё в порядке будет.
Наутро Лиза встала раньше обычного. В голове крутилась одна мысль: ну почему её постоянно втягивает в чужие беды? Но сердце подсказывало — не просто так. В Ефросинье Петровне было что-то родное.
Своих родителей Лиза почти не помнила — они умерли, когда ей было тринадцать. Пьяный разбор, нож, кровь. С тех пор — детдом, одиночество. Лишь одна соседка, тётя Маша, скрашивала её жизнь, но и та умерла, когда Лизе исполнилось шестнадцать. С тех пор — одна, никому не нужная.
Сейчас Лизе двадцать три. Она крепко стоит на ногах, не боится трудностей. Вчера, разглядывая документы бабки, заметила адрес. И сегодня направилась туда.
Дом на улице Ленина был обычным. У подъезда сидели две старушки. Лиза завела разговор — и через десять минут знала всю историю Ефросиньи Петровны.
Много лет назад она осталась с внуком — родители мальчика погибли в аварии. Всю себя отдавала ему, но тот, едва вырос, связался с криминалом. Теперь вымогает у бабки деньги, грозится кота задушить, если та не принесёт. Квартиру родителей сдаёт, сам живёт у какой-то девки. Полиция? Да плевали они — семейные разборки.
Лизу затрясло от злости. Поднялась по лестнице, нажала звонок. Дверь открыл обрюзгший мужик с перегаром.
— Ах ты, сволочь! Как ты смеешь старуху гнобить?! — Лиза ворвалась в квартиру, сжав кулаки. — Собирай манатки и вали! Или я тебе мозги вправиЛизу затрясло от злости, и прежде чем парень успел что-то ответить, она резко швырнула его сумку в коридор, хлопнула дверью и бросила через плечо: “И чтобы духу твоего здесь больше не было”.