Тяжёлый выбор. Возвращение
— Лети, если хочешь, — сказал Игорь, ставя кружку в раковину. Голос его был спокойным, почти равнодушным. — Только не жди от меня помощи. Ни моральной, ни какой-либо другой.
— Я и не жду, — тихо ответила Лидия, не поднимая на него взгляда.
— Потом не говори, что зря поехала.
— Может, скажу. А может, и нет. Главное — не жалеть, что не попыталась.
И она уехала.
Рейс с пересадкой задержали, а следующий самолёт улетел, даже не дождавшись её. Шесть часов томительного ожидания в душном зале аэропорта, резиновый бутерброд из автомата и сумка вместо чемодана — вечернее платье осталось в багажном отсеке далеко за океаном.
В гостинице сообщили, что бронь «не подтвердилась». Администратор, молодой парень с нарочито вежливой улыбкой, разводил руками:
— Простите, у нас всё занято. Могу предложить список недорогих гостиниц поблизости.
— Спасибо, — сухо отрезала Лидия. — Как раз то, чего мне не хватало — очередной список неудач.
Она зашла в кафе неподалёку, заказала кофе и, уставившись в телефон, листала список контактов. Палец замер на имени: Аня Морозова. Подруга с университетских времён, вместе учились в Новосибирске. Потом редкие сообщения, случайные лайки… и тишина.
«А вдруг?» — подумала Лидия и отправила короткое сообщение.
Ответ пришёл почти сразу:
«Конечно, приезжай! У нас есть свободная комната. А с платьем разберёмся — подберём что-нибудь. Ты, наверное, похудела — возьмём с запасом. Как же ты пропала!»
Утром они уже ехали по улицам пригорода Санкт-Петербурга. Лидия чувствовала, как с каждым поворотом погружается в прошлое, которое казалось давно мёртвым. Аня изменилась — уверенная, стильная, но такая же добрая, без намёка на высокомерие. Дала адрес ресторана, оценивающе оглядела Лидию, поправила ей причёску, сбрызнула духами, вручила брошь:
— Ты идёшь не как тень прошлого, а как женщина, знающая себе цену. У них там все — будто под копирку. Но не у всех есть душа. Держи голову выше, Лида.
Вечер оказался помпезным.
Банкетный зал, безупречно сервированные столы, официанты с шампанским, дамы в дорогих нарядах — словно сошедшие с обложки журнала. Всё выглядело роскошно, но… бездушно. Знакомых лиц Лидия не увидела. Только новые — ухоженные, подтянутые, с холодными улыбками.
Сергей появился первым. Немного поседевший, но всё тот же. Подошёл, виновато улыбнулся, обнял, прошептал:
— Я рад, что ты пришла. Прости, я не предупредил Ольгу. Хотел, чтобы она просто увидела…
Лидия промолчала. Ответ ей уже был ясен.
Ольга подошла чуть позже. Не одна — с целой свитой. Платье от кутюр, лицо безупречное, взгляд ледяной.
— Лида? Какая неожиданность, — произнесла она с улыбкой, которая не добралась до глаз. — Ты… здесь?
— Я — это я. А здесь — просто место, — спокойно ответила Лидия. — Поздравляю с юбилеем.
— Спасибо. Надеюсь, дорога не утомила?
— Несильно. Аня Морозова помогла. Забавно, как старые друзья выручают даже спустя годы.
— Аня? Ах да… Она помогала нам с переездом. Говорят, у неё отличный вкус. Это не её платье?
— Оно удобное. И сидит лучше, чем некоторые воспоминания.
Ольга на секунду замялась.
— Ну что ж… Надеюсь, тебе понравится вечер.
— Он уже нравится. Спасибо за приглашение.
— Я… не приглашала.
— Но и не выгоняешь, — улыбнулась Лидия.
Позже, когда один из гостей вдруг осел на стул и начал задыхаться, зал охватила паника.
— Он теряет сознание! — закричала женщина в ярком платье. — Быстрее, вызовите врача!
— Я врач, — спокойно сказала Лидия, уже склонившись над мужчиной. Без суеты, без паники — только чёткие действия. Осмотр, пульс, подложенный под голову пиджак, расстёгнутый воротник. Она работала так, будто делала это каждый день. Так и было.
Скорая приехала через двадцать минут. За это время ни Ольга, ни её окружение даже не подошли.
Утром Лидия проснулась в комнате у Ани. Платье аккуратно висело на спинке стула, на столе стоял кофе и лежала записка:
«Ты сделала всё правильно. Если захочешь снова исчезнуть в этом городе — звони. Комната твоя».
В аэропорту она чувствовала облегчение.
Не потому, что всё закончилось.
А потому, что наконец-то всё встало на свои места.
Эта дружба умерла давно. Просто похороны затянулись. Теперь они состоялись. Без пафоса. Без фальшивых слёз. Но с честью.
Игорь ждал её у выхода. Его лохматый пёс Барсик чуть не сбил её с ног от радости.
— Ну как, всё прошло? — спросил он.
— Закрыла гештальт.
— Громко?
— Достойно.
— И?
— Больше не тянет.
Он взял её сумку.
Она взяла его под руку.
И они пошли домой.
Иногда прощание — это не конец, а начало настоящей свободы.