— Знаешь, как он на тебя смотрит? С обожанием, будто на икону, — выпалила довольная собой дочь.
Дмитрий вышел из ванной, накинув полотенце на плечи. Капли воды скатывались по рельефным мышцам груди — хоть сейчас на обложку журнала. В груди у Татьяны ёкнуло.
Он присел на край кровати, потянулся к ней, но она уклонилась.
— Не надо, а то я навсегда тут останусь. Мне пора. Катя, наверное, уже дома. — Татьяна прижалась щекой к его плечу.
Дмитрий вздохнул.
— Тань, ну сколько можно? Когда ты скажешь дочери про нас?
— Три месяца назад ты даже не знал, что я существую, и жил себе спокойно. — Она встала, начала одеваться.
— Без тебя я не жил, а прозябал. Без тебя я…
— Не терзай мне душу. И не провожай. — Татьяна выскользнула из комнаты.
По улице она шла, словно по минному полю — каждый взгляд прохожих казался ей укором. Мужчины разглядывали с любопытством, женщины — с лёгкой завистью.
А чего ещё ждать? Стать, фигура, лицо — всё на месте. Тёмные волосы выбились из хвоста, но даже это её не портило. Хотя сейчас она мечтала бы стать невидимкой.
***
Замуж она выскочила рано, в двадцать, по большой любви. Почти сразу — беременность. Муж уговаривал на аборт: “Рано, карьера, денег нет”. Но Татьяна упёрлась — родила здоровую девочку, надеясь, что он одумается. Не одумался. Многие мужчины, увы, к детям равнодушны.
Потом был звонок от незнакомки — та назвала адрес, где муж Татьяны проводит вечера. Она не бросилась проверять, дождалась его и спросила напрямую. Сначала он отнекивался, потом оправдывался, потом рявкнул:
— Какая-то психа набрехала, а ты веришь? Ты сама не лучше! Я ухожу — потом пожалеешь…
Хлопнул дверью. Татьяна не хотела жить, но дочка требовала заботы — пришлось выкарабкиваться. Через две недели она всё же пошла по тому адресу, спряталась за деревом… и увидела, как он идёт под руку с молодой женщиной. Вместе зашли в подъезд.
На следующий день она подала на развод. Прощать не умела — не её характер. Отдала Катю в сад и вышла на работу.
Иногда в её жизни появлялись мужчины, но ни один не цеплял настолько, чтобы рискнуть. Пока не встретила Дмитрия — высокого, статного, будто с обложки. Роман разгорелся быстро и страстно. Однажды Катя спросила, куда мама так наряжается.
— На свидание, — полувшутку ответила Татьяна.
— А-а… — дочь многозначительно протянула и больше не лезла с расспросами.
Фигурой Катя пошла в мать, но лицом — в отца. Все удивлялись: “У таких красивых родителей — и такая обычная девочка?” А Татьяна радовалась. Красота — не хлеб, с ней одни хлопоты.
Подруг у неё не было. Не из-за характера — из-за зависти. Рядом с ней другие казались себе серыми. Может, потому и выскочила замуж так рано — искала в муже друга.
— Маловат он для тебя, хоть и видный, — вздыхала мать.
***
— Катя, я дома! — крикнула Татьяна, заходя в квартиру.
— Учу уроки! — донеслось из комнаты.
Татьяна переоделась, пошла на кухню. Вскоре явилась Катя, уселась за стол и отломила кусок хлеба.
— Не перебивай аппетит, сейчас ужин, — сказала Татьяна, расставляя тарелки. — Хочу поговорить.
— Ну говори, — Катя уплетала картошку с котлетой.
— Скоро мой ДР.
— Помню, мам.
— Хочу пригласить… одного знакомого. — Татьяна запнулась.
— С которым спишь? — Катя невозмутимо хрустнула огурцом.
— Встречаюсь! Всё-таки я твоя мать! — вспыхнула Татьяна.
— Какая разница? В твоём возрасте “встречаться” и “спать” — одно и то же.
— Ну так… пригласить? Ты не против?
— Да мне-то что. Бабуля придёт? — Катя потянулась за компотом.
Татьяна выдохнула. Пятнадцать лет — возраст ершистый, но дочь отреагировала спокойно.
— Бабушка — в воскресенье. Мне важно, чтобы вы с ним…
— Да ладно, мам, зови своего кавалера, — отмахнулась Катя.
В субботу Татьяна весь день стряпала, желая поразить Дмитрия кулинарными талантами. Он явился с огромным букетом, подарил кольцо. Она опешила — такой напор!
А ещё он старался понравиться Кате — шутил, разглагольствовал. Дочь же сидела, как сфиркс, едва реагируя. Когда он ушёл, Татьяна зашла к Кате, попыталась обнять, но та вывернулась.
— Он тебе не понравился? — спросила Татьяна.
— Нет, — коротко бросила Катя.
— Почему? — голос дрогнул.
— Не понравился — и всё. — Пауза. — Мам, я понимаю — ты молодая, любовь… Но он тобой пользуется. Как ты не видишь?
— Это бабушка тебя настраивает?
— При чём тут бабка? У меня глаза есть. — Катя с отчаянием посмотрела на мать.
Татьяна встала, подошла к двери.
— Мам… ты его любишь? — тихо спросила дочь. Татьяна кивнула, не оборачиваясь. — Ну встречайся. Только… не пускай его жить с нами.
— Почему?! — Татьяна резко обернулась.
— Не нравится он мне — и всё!
Больше ничего внятного Катя не сказала.
Как ни странно, Татьяна почувствовала… облегчение. Слишком уж быстро всё шло. Это кольцо… Да и о себе Дмитрий рассказывал скупо, зато о “совместном будущем” трещал без умолку. Катя его волновала лишь потому, что жила с Татьяной.
Назавтра он позвонил: “Соскучился, давай встретимся?” Даже не спросил, понравился ли Кате.
— Вечером мама приходит, не смогу, — солгала Татьяна.
— Тогда завтра? — в его голосе зазвучала надежда.
— Завтра, — ответила она с лёгкостью.
С бабушкой Катя была оживлённой, о Дмитрии — ни слова. “Наверное, дочь видит то, чего не вижу я”, — подумала Татьяна.
Всё шло по-старому: редкие встреНо однажды, когда Татьяна зашла в булочную, она случайно столкнулась с Петром Ивановичем, который не мог отвести от неё восхищённого взгляда, и в этот момент она вдруг поняла, что настоящее счастье — это не страстные порывы, а тихая верность, которая ждала её всё это время прямо за дверью.