Мать для Анютки.
Павлик, идём кушать, ласково позвала няня Таня.
Не-е-ет, упрямо буркнул он, не отрывая взгляда от окна.
Павлуша, давай.
Не-е-ет! завопил мальчишка, затопал худенькими ножками в поношенных колготках. Мама там!
Мама придёт позже, пошли.
Что тут за шум? раздался резкий голос. Татьяна Михайловна, что за бардак? Быстро за стол!
Злая воспитательница тётка Лена схватила Пашку за ворот рубахи и потащила к столу. Впихивала ему в рот холодные, скользкие макароны, а он вырывался, захлёбываясь рёвом.
Жри, отродье, жри! шипела она.
Другие дети поспешно застучали ложками по алюминиевым мискам.
Зачем вы так, Елена Демидовна? Они же маленькие прошептала Таня, сдерживая слёзы.
Маленькие? усмехнулась та. Будущие уголовники, как и их мамашки. Воровки, убийцы
Ма-а-ам! закатился Пашка, шлёпнувшись на пол. Лицо его покраснело, весь затрясся. К маме хочу-у-у!
Заткнись, гадёныш!
Что за вопли? в дверях возникла ещё одна строгая женщина. Даже Пашка на мгновение замолчал.
Да вот, бунтует, есть не хочет.
Чей?
Дубцовой.
А-а, этой сумасшедшей. Выведите его, мать пришла.
Пашка взвизгнул и рванул вперёд, вцепился в тонкие, костлявые колени.
Мамка, мамка
Мать опустилась на пол, обняла сына, целуя его худенькое тельце, шептала что-то только им двоим понятное.
Ой, не могу, всхлипнула старая нянечка, баба Шура. Видала я всякое, но это Господи, как же он её любит. А она? Пусть шальная, пусть бешеная другим мамашам у неё поучиться надо. Сама чуть из пелёнок, а любит душу рвёт.
Пфф, фыркнула Лена. Любит Послабления режима она любит. Скоро этого заберут она ещё притащит. Знаю я их
Злая ты, Лена.
А что не так? Найдёт кому подсуетиться опять поблажки выбьет.
Ты же женщина! возмутилась баба Шура.
Да у неё детей нет, ей не понять, вступился кто-то из персонала.
И что? У Тани тоже никого нет, а душа не очерствела.
Таня шла после смены, думая о словах Лены. Неужели та права? Грубо сказала но правду?
Пашка ждал маму у окна. Маленьким сердцем чувствовал скоро, вот-вот
Мамка
Когда она пришла, они обнялись и ревели так, что у персонала сжимались сердца.
Аня, осторожно позвала Таня.
Девчонка обернулась взгляд колючий, настороженный.
Надо поговорить.
Аня не привыкла доверять. В этих стенах никому не верят.
Вам-то что с меня надо? спросила она, выслушав.
Не тебе, а мне, вздохнула Таня. Одна я, Ань. К Павлику твоему привязалась словно внук. А ты могла бы и дочкой быть.
Два дня думала Аня. Две ночи не спала.
Ты чего, Дубцова? На ногу встать решила? допытывались сокамерницы.
Аня молчала.
Правду тогда говорили? наконец спросила она у Тани.
Правду, Анютка.
Девчонка вздрогнула. «Анютка» так в детстве звала её бабушка
Ладно, коротко бросила Аня. Давайте попробуем.
Татьяна сделала невозможное вытащила Павлика.
Мамка, я с бабкой поеду на паровозике, потом к тебе приеду, заберу, лепетал мальчик.
Аня вытирала слёзы.
Дни потянулись ещё мрачнее. Разве такой жизни она хотела?
Потом было свидание. Долгое.
Трое суток вместе.
С бабкой жила, тихо рассказывала Аня. Мать свою жизнь устраивала. Потом бабки не стало Забрала меня.
История лилась про пьяных мужчин, про побои, про первую любовь
Бедная ты девочка, шептала Таня.
Аня вытерла слёзы и замолчала.
Больше они не говорили об этом.
Шли годы. Павлик подрос. Аня вышла.
Стояла на пороге, улыбаясь сквозь слёзы.
Баба, смотри мамка! закричал Пашка.
Таня подняла голову.
Здравствуй мама, прошептала Аня.
Доченька
***
Только в школу пошёл и уже женится! смеялась Таня.
Ой, мам, волнуюсь
Ба, мам, да что вы! Всё будет отлично!
Павлик вырос. У Ани свой магазин тканей, мастерская. Живут небогато, но и не бедствуют.
Мамочка, если бы не ты иногда говорит Аня.
Не думай о плохом, доченька.
И Таня благодарит небо за эту семью. За дочь. За внука.
А Анна Егоровна за маму Таню.