«Сыну — свадьба, а материнскому сердцу — не до веселья…»
В тот день Артём и Варвара справляли свадьбу. Уже с рассвета начали съезжаться гости — шум, наряды, шампанское, гармонист заводил песни. Всё как водится на русских торжествах. Мать жениха, Галина Степановна, приехала заранее — и с роднёй невесты познакомиться, и по хозяйству помочь.
— Мам, да ты словно расцвела, — улыбнулся Артём, встречая её на крыльце. — Точно как девица на выданье, — пошутил он невзначай.
И вдруг заметил, как густая краска залила её щёки, а глаза потупились. Удивился, но промолчал.
Настал день свадьбы. Среди гостей появился давний друг покойного отца — Иван Петрович. Рядом с ним стоял незнакомец лет пятидесяти, крепкий, ухоженный, в добротном костюме.
— Знакомься, Артём, это мой племянник Григорий, — представил Иван Петрович. — Золотые руки у мужика — любой механизм оживит.
Артём пожал ему руку — и тут же уловил странный, затяжной взгляд матери. Она смотрела на Григория с таким выражением, будто ждала этой встречи годами. В глазах её светилось что-то тёплое, неуловимое. И всё сразу стало ясно.
Мать влюблена. И в этого самого Григория.
Он отошёл в сторону. В душе закипело. Его свадьба, а у матери — роман? Да ещё с мужчиной, который младше её на добрый десяток лет?
— Мам, — подступил он позже. — Это ты его позвала?
— Да. Прости, если не ко времени, но мне хотелось, чтобы он был здесь.
— Ты хоть понимаешь, как это выглядит? Отец-то всего год как в могиле. А ты уже…
— Я не спрашивала твоего разрешения, Артёмка. Хочу хоть немного счастья. Молчала всю жизнь. Твой батя… добрый был, да неверный. Терпела, чтобы ты с отцом рос. А теперь — дай мне пожить.
Пока он переваривал её слова, подошёл Иван Петрович.
— Не серчай на мать. Я знал, как ей тяжко приходилось. Ради тебя всё терпела. А теперь её черёд. Да и Григорий — мужик надёжный. Её ценит.
Артём молчал. Горько было. Но ему самому уже тридцать. Сам выбрал, с кем по жизни идти. Разве вправе он матери запрещать?
Позже подошёл сам Григорий.
— Понимаю, тебе не по себе. Но я твою мать люблю. Чисто. Не по годам тут дело. Ни на имущество не претендую, ни на что. Всю жизнь на своих руках, и дальше так буду. Но с ней — душа поёт.
Артём вгляделся в него. Твёрдый взгляд, открытое лицо, спокойный голос. Не мальчик, а мужчина.
— Ладно. Только если ей больно сделаешь — мне не пережить, — тихо сказал он и сжал его руку.
Свадьба удалась на славу. Гуляли до утра. Галина Степановна сияла — смеялась, плясала, будто сбросила годы. А через два месяца Григорий на колени перед ней встал, и Артём даже не удивился.
Только тогда и сказал:
— Коли мать счастлива — значит, и я тогда правильно решил, не прогнав тебя.
Так и вышло. У Артёма с Варварой сын родился, а бабушка с «новым дедом» его как родного приняли.