Уже сотни раз пожалела, что решила привезти своего нового парня Ивана к маме, Людмиле Петровне, на пасхальные посиделки. Казалось бы, семейный праздник — это тепло, домашний кулич, раскрашенные яйца, родные лица за столом. Но когда я увидела, сколько человек набилось в мамину квартиру, мне захотелось тут же развернуться и уйти. Все мои три сестры — Ольга, Светлана и Татьяна — приехали с мужьями и детьми. Плюс мамин брат, дядя Николай, с женой и двумя взрослыми сыновьями. А еще какие-то дальние родственники, которых я, честно говоря, с трудом узнала. И вот в центре этого безумия — я и Ваня, мой новый парень, которого я рискнула представить семье. Лучше бы я этого не делала.
С первых же минут началось. Мы только переступили порог, а мама тут же накинулась на Ваню с расспросами: «Иван, а где работаешь? Сколько тебе лет? Какие у вас с моей дочкой планы?» Ваня держался стойко, отвечал вежливо, но я видела, как он напрягся. А мои сестры, словно сговорившись, устроили ему настоящий допрос. Ольга, старшая, тут же похвасталась, что ее муж получил повышение и они купили новую «Ниву». Светлана с гордостью заявила, что ее сын уже занимается хоккеем и играет за юношескую сборную. Татьяна, самая младшая, подлила масла в огонь, шепнув мне едким тоном: «Ну и где ты такого молодца откопала?» Ваня младше меня на четыре года, и, судя по всему, это стало главной темой вечера.
Людмила Петровна, моя мама, решила, что ее святая обязанность — накормить Ваню до отвала. Она то и дело подкладывала ему кусочки кулича, приговаривая: «Кушай, родной, ты такой худой, надо подкрепиться!» Ваня вежливо благодарил, но я видела, как ему тяжело справляться с маминой заботой. Потом она пустилась в воспоминания: «Вот, Иван, наша девочка в детстве мечтала выйти замуж за космонавта! Ты, конечно, не космонавт, но парень симпатичный, главное — не подведи!» Все за столом расхохотались, а я готова была сквозь землю провалиться. Ваня лишь улыбнулся, но я-то знала — ему дико неловко.
Дядя Николай, мамин брат, решил проверить Ваню на прочность. Налил ему самогона и произнес тост: «За молодых! Но, парень, учти — у нас в семье женщины с характером!» Ваня кивнул, выпил, но я почувствовала, как он крепче сжал мою руку под столом. А когда дядя Николай предложил ему выйти во двор и «показать, как он мясо рубит», я не выдержала: «Дядя, ну хватит, он же не мясник!» Гости рассмеялись, но Ваня, похоже, уже мысленно прокопировал маршрут до выхода.
Дети сестер добавили хаоса. Племянники носились по квартире, кричали, опрокинули вазу с конфетами. Сын Светланы подбежал к Ване и выдал: «А ты будешь нашим новым папой?» Я чуть не поперхнулась чаем. Ваня, к его чести, не растерялся: «Пока я просто Ваня, но могу стать твоим другом». Мальчик кивнул и убежал, а я про себя порадовалась за его выдержку.
Но самое неприятное случилось, когда заговорили о моем прошлом. Ольга как бы между делом вспомнила моего бывшего мужа: «Ну, тот был постарше, с хорошей зарплатой, а тебе теперь молодые нравятся?» Я почувствовала, как залилась краской. Ваня сделал вид, что не услышал, но мне было за него обидно. Мама, пытаясь сгладить ситуацию, завела речь о том, как я в детстве пекла пасхи, но это только подлило масла в огонь. Сестры и дядя Николай наперебой начали вспоминать мои школьные проделки, старые романы и даже тот случай, когда я чуть не спалила скатерть на прошлой Пасхе. Ваня слушал, улыбался, но было видно — он чувствует себя лишеК вечеру, когда все успокоились и начали пить чай с вареньем, я вдруг поняла, что в этом хаосе есть что-то родное и бесконечно дорогое.