Привет, подруга, слушай, что у меня случилось
Андрей подмигнул мне, протянул бутылку с водой, а я, дрожащими пальцами, схватила её и выскочила из машины. Он занял водительское кресло, завел мотор и вмиг уехал, оставив меня одну в темном овраге рядом с берёзой.
Я быстро смыла лицо, расчёсывала растрёпанные волосы, поправила ветровку и пошла медленным, будто в тумане, к центру Тюмени. Я приехала из глубинки, чтобы стать ветеринаром. Училась в Тюменском аграрном техникуме, уже на последнем курсе. Всё в учёбе говорило, что я серьёзно задумалась о профессии: хотелось выбрать дело, которое спасёт меня от нищеты и пьющих отцов, а ещё оставит рядом животных, которых люблю.
В тот вечер подруги позвали меня на тусовку у студентабогача. Сначала я отказывалась, но потом решила немного развеяться. Там было громко, музыка гремела, а я не была фанатом такого. Поэтому большую часть вечера сидела на балконе с соком в стакане, любуясь озером, которое блестело в лунном свете.
Андрей вдруг предложил прокатиться по вечернему городу, отдохнуть от шумного общества. Я согласилась, но быстро поняла, что ошиблась. Он уехал за город, вёл меня к заднему сиденью своей «УАЗ452», а я уже не могла понять, где я.
В памяти всплывали яркие вспышки той поездки, а тело ноет от боли. Как я дошла до общежития смутно помню. Я заперлась в своей комнате, упала на кровать и несколько часов рыдала в подушку, пока не уснула в тревожном сне.
Пропустила пару пар, думала, что делать. Полицию вызвать? Они ведь меня не принуждали к поездке, я сама, наивная, согласилась с незнакомцем. Мать? Не помогло бы родители всё время прячутся в мутных бокалах, ищут деньги на очередную бутылку водки. Оставалась лишь боль и стыд.
Прошло несколько месяцев, я почти оправилась, ходила на занятия, болтала с соседками, старалась не вспоминать тот вечер. И почти получилось.
Однажды утром меня накрыло тошнотой, я побежала в ванную, списала всё на плохой ужин. Но всё повторилось, и повторилось. Мне было 17, но я уже понимала, что происходит. Через пару часов, держа в руках полоску теста, я увидела бледный результат: я беременна.
Не нужен мне этот ребёнок шептала я, не зная, страх это или отвращение.
Я хотела избавиться от него как можно скорее, поэтому в тот же день пошла в поликлинику.
Девочка, это несложно, говорила медсестра, но ты должна понять, что я не хочу, чтоб дело дошло до суда. Ты ещё несовершеннолетняя, без согласия родителей и полиции ничего не выйдет.
Хорошо, тогда приду с мамой завтра.
Я вышла из кабинета, зная, что мать, даже если проснётся, не поедет со мной. До совершеннолетия осталось семь месяцев, до срока родов шесть, так что мне оставалось лишь смириться с тем, что ребёнок будет внутри.
Ну, подожду, бормотала я. Он мне всё равно не нужен. Выношусь и избавлюсь, чтото придумаю.
Дни текли, месяцы проходили. Я закончила обучение, радовалась, что живот почти не виден, хотя уже был пятой месяц. Устроилась помощницей ветеринара в небольшую клинику на окраине, сняла крошечную квартирку в Тюмени. Работа шла, но каждый день становилась всё труднее.
Однажды, собираясь на работу, меня сильно подвёл живот, поясница ноет. Не может быть, подумала я, ещё рано. Но ребёнок уже спешил.
Всё случилось так быстро, что я даже не успела позвать скорую. Через пару часов я уже держала на руках маленького мальчика. Он слегка прихрамывал, потом быстро заснул, будто уже знал, что каждый наш звук лишь раздражает маму.
Хотя я ветеринар, я всё сделала сама: приняла позу, укутала его в плед, попыталась кормить, но силы уже не было. Ночь прошла, я проснулась, ребёнок спал рядом, мирно посапывая в пушистом одеяле.
Прости, шепнула я ему, я не могу.
Сняла с шеи крестик, который дала мне бабушка, говоря, что он будет защитой. Положила его малышу.
Я чувствовала себя отстойно, но отказываться не собиралась. Ребёнок мне не нужен
Я укутала его плотнее, взяла тележку в супермаркете, положила малыша внутрь и, не оглядываясь, отправилась в сторону вокзала. С собранными вещами села в поезд, который вёз меня в неизвестность. Главное уйти подальше от всех воспоминаний, найти новое место и новую жизнь.
Прошло десять лет.
Я добилась почти всего, о чём мечтала. Шесть лет была замужем, открыла свою ветеринарную клинику. Всё вроде бы сложилось, но одно «но» не давало покоя: несмотря на все процедуры, я не могла подарить мужу ребёнка.
Это карма, думала я, судьба мстит за прошлые ошибки.
Однажды, вернувшись домой, увидела мужа, Алексея, сидящего за столом с мрачным видом.
Алекс, что случилось? спросила я.
Лен, я должен был сказать тебе раньше. У меня есть другая женщина.
Вот как прошептала я, села на стул.
И она тоже беременна, добавил он.
Ну, иди, ответила я, хотя внутри всё кипело. Я думала, что это наказание за то, что я сама отказалась стать матерью, а теперь он бросил меня. А ребёнок, которого я бросила в тележку супермаркета, один, без защиты
Звук закрывающейся двери отрезал мои мысли. Алекс собирал вещи, а я стояла в кухне, словно в пустоте.
Елена Викторовна, у вас сегодня запись в девять, сказала Марина, администратор.
Спасибо, Марина, я переоденусь, ответила я и пошла в кабинет.
Там уже ждал мужчина с котом в руках, рядом мальчик гладил испуганное животное.
Сейчас, Тимофей, тебе помогут, сказал он.
Я Игорь, а это наш пациент, представился он.
Я приняла кота, начал осмотр. Пока я осматривала животное, изпод футболки выпал тот же крестик, который я когдато оставила сыну.
Ого, Гриша, Тимофей в порядке, сказал Игорь, улыбаясь.
Я слушала их разговор, но в голове крутилось одно: «Этого не может быть».
Вы знаете, когдато я начала я, но прервала себя.
Всё в порядке? Вы побледнели, заметил Игорь, подходя ближе.
Да, всё нормально, ответила я, но внутри всё бурлило.
Скажите, откуда у Гриши этот крестик? спросил он.
Что? Понятно, вам не важно, ответила я, но всё равно рассказала ему о своей истории: о том, как меня обвёл Андрей, о семье, о беременности, о том, как я оставила ребёнка в тележке.
Он молчал, потом, спустя минут десять, сказал:
Мы с Варварой уже шесть лет в браке, детей не было. Врачи говорили, что шансы малы, и мы решили взять ребёнка из приюта. В тот же день мы пришли в детдом, где нашли Гришу, трёхлетнего мальчика, весёлого и открытого. Мы влюбились с первого взгляда. После смерти жены я не говорил ему, что он приёмный. Он мой сын, а теперь ваш?
Я не претендую, ответила я, я сделала свой выбор тогда, меня терзали боль и отвращение. Сейчас я не хочу разрушать его жизнь ещё раз. Я просто не ожидала, что снова почувствую к нему чтото. Но я ошиблась.
Он кивнул, и в кабинете снова воцарилась тишина. Слышался детский смех изза двери, а у меня на глазах блеснули слёзы.
Вы можете приходить, если захотите, сказал Игорь. Мы не будем вам ничего говорить, но вы всегда сможете увидеть его.
Можно? спросила я, почти шепотом.
Конечно, ответил он. Завтра, если хотите.
Два года спустя я вместе с Игорем наблюдаю, как Гриша знакомит Тимофея с младшей сестрёнкой, а мы улыбаемся, глядя на своих детей.
Вот так, подруга, жизнь иногда складывается странно, но мы всё равно идём вперёд. Держись.