— С двумя справимся, и третьего вытянем. Возьму подработку. Или хочешь избавиться от ребёнка? — прямо спросил муж.
Анфиса уже несколько дней чувствовала, будто её тело налито свинцом. Дела копились, а она лишь мечтала рухнуть на кровать и не шевелиться. Даже вид еды вызывал тошноту. Тест подтвердил догадку: беременность.
Всего два года, как вышла из декрета, едва отдышалась от пелёнок и бессонных ночей, а вот опять… Внутри всё сжалось. Ванюше скоро шесть, Светочка пошла во второй класс. Они нуждались в её заботе, а она? Опять будет привязана к младенцу. Поймут ли они? Не станут ревновать к новому братику или сестрёнке?
«Конечно, ребёнок — Божий дар. Бог дал дитя, даст и на дитя. Но времена-то какие… Хотя когда они были лёгкими? Женщины и в блокаду рожали. Как сказать на работе? Что скоро опять в декрет, а потом бесконечные больничные?
Да какая работа с тремя детьми? Семья растёт, а жить придётся на одну Димину зарплату…» Анфиса изводила себя сомнениями, не решаясь «обрадовать» мужа. Время ещё было.
Недавно начальник осторожно поинтересовался, не собирается ли кто в декрет. Логично — коллектив почти женский. Анфиса, как и все, уверенно заявила: «У меня уже двое, больше не планирую». И вот тебе…
«Да что я всё о работе? Семья важнее, работа подождёт…» Дни шли, а она металась между страхами и надеждами, не находя ответа.
— Ты заболела? Бледная, вечно в мыслях. Уже третий раз спрашиваю, что купим Тимофею и Ольге на день рождения, а ты будто не слышишь. Или что-то случилось? — однажды спросил Дмитрий после ужина.
Тут Анфиса не выдержала и рассказала. Муж помолчал, потом спросил:
— И что будем делать?
Не «что ты решила?», а «мы». Вот за это она его и любила. Он не бросит её одну с этой ношей. Стало легче, словно камень с плеч. Анфиса выложила все свои страхи.
— С двумя управились, и третий не помеха, — твёрдо сказал Дмитрий.
— Но я уйду в декрет. Будем жить на твою зарплату. Неизвестно, когда выйду обратно… Хотя пособия помогут… — заколебалась она снова.
— Прорвёмся. Подработаю. Или хочешь прервать? — прямо спросил он.
— Не знаю, — честно прошептала Анфиса. — Ты — на двух работах, я — в вечных заботах. Так и жизнь пролетит…
— С двумя, с тремя — всё равно пролетит. Ладно. Есть время подумать?
— Да, немного.
— Тогда не спеши. Вернёмся к разговору позже. Хотя… ты уже решила, да?
— Как мы все втройнем в этой двушке? — Анфиса оглядела тесную квартиру, доставшуюся от Диминой бабки.
— Поговорю с родителями. Может, поменяемся. У них трешка, им двоим хватит. Отец сам предлагал, когда Светку ждали.
Анфиса молча сомневалась. Но свекровь, как и ожидалось, взорвалась.
— Твоя жена специально забеременела, чтоб квартиру выменять! Ведёт тебя, как осла на верёвочке!
— Мама, это моя идея. Анфиса тут ни при чём.
— Значит, ты хочешь нас, стариков, на улицу выкинуть? Мы тут всю жизнь прожили! Да мы с отцом и переезд не переживём! Эгоисты! — она схватилась за сердце, закатив глаза.
— Ладно, забудь.
Вернувшись, Дмитрий молчал. По лицу всё было ясно. Анфиса не стала спрашивать. Они избегали разговоров. То она смирялась с мыслью о ребёнке, то с ужасом представляла памперсы, ночные кормления, вечную усталость…
Срок для аборта подходил, а решение так и висело в воздухе. Однажды ей приснилось, будто по квартире бегает девочка лет пяти, напевая что-то. В руках у неё — лукошко, как у Машеньки из сказки.
«Что там у тебя?» — спросила Анфиса. Девочка заглянула внутрь и подняла глаза — полные боли и укора. Анфиса заглянула сама: лукошко было пусто…
Сначала обрадовалась — будет девочка. Но пустота в лукошке не давала покоя.
— Ну что, решила? — спросил Дмитрий как-то вечером.
— Да… То есть нет… — и она рассказала про сон.
— Просто сон. Значит, будет девчонка, помощница.
«Какой же он хороший… — подумала Анфиса. — Рожу. С Димкой не страшно. А я всё сомневаюсь…» — она прижалась к нему.
Решило всё вот что. Они пошли на день рождения к друзьям. Дом — полная чаша, хозяйка — красавица, хоть на обложку журнала. Одна беда — детей нет. Когда Ваня и Светка носились по дому, хозяйка лишь улыбнулась:
— Пусть бегают. Какое счастье, когда в доме детский смех… Я бы рожала, сколько Бог даст…
— Но ведь есть ЭКО… — осторожно сказала Анфиса.
— Думаешь, не пробовали? — женщина вздохнула. — Уже готова взять из детдома. Но муж пока надеется…
После этого Анфиса твердо решила: оставлю ребёнка. И сразу успокоилась.
А в выходные пришла свекровь. Без предисловий:
— Ну что, сделала аборт?
— Поздно, — солгала Анфиса, хотя срок ещё был.
— Так и знала! Двоих мало? А предохраняться слабо? Муж с ног валится, на двух работах горит, а ты… — свекровь презрительно оглядела её округлившийся живот. — Нищету плодить решили?
— Вас двое, а выглядите, будто футбольную команду вырастили, — холодно бросила Анфиса.
— Ты слышал?! — свёкор задохнулся от злости. — А ты стоишь, как пень!
— Ты первая начала, мама. Наше решение — наши дети. Мы…
— Ладно, рожайте! Только на меня не рассчитывайте! — хлопнула дверью.
Как будто она когда-то помогала…
Через пару дней Анфиса пошла в консультацию. Осень уже дышала в спину, листья желтели, солнце пряталось за тучами. Она строила планы: вот родит, летом будут гулять все вместе…
Навстречу шла ватага подростков, громко споря. Она не слышала, как сзади мчался электросамокат. Парень хотел объехать, но Анфиса невольно шагнула в сторону…
Удар. Тьма.
ОчОчнулась она уже в больнице, и первое, что услышала, был тихий голос Дмитрия: «Всё нормально, ты жива… но малыша мы потеряли…» — и тогда Анфиса поняла, что пустое лукошко из сна было не предупреждением, а приговором.