Бедность души: История Даши из Вологды
Даша росла, словно былинка у дороги — никому не ведомая, неприкаянная. Её никто не лелеял, не баловал лаской, не укрывал от бед. Одежду носила чужую, а то и вовсе рваньё, сквозь которое просвечивали худые коленки. Сапоги вечно были не по ноге, да ещё и с дырами. Мать стригла ей волосы «под горшок», чтобы не заботиться о причёске, но они упрямо торчали в разные стороны, будто сопротивлялись всеобщему равнодушию.
В детский сад Даша не ходила — родителям было не до неё. Всё, что их волновало — где раздобыть выпивку. Отец — грубый пьяница, мать — Галя, вечно в табачном дыму и с больной головой. Девочка пряталась в подворотнях, когда дома начинался разгул. Убежать — означало избежать побоев. Но если не успевала — потом мазала синяки подорожником. Соседи вздыхали, качали головами: Галя, мол, всегда была ветреной, а связавшись с уголовником, и вовсе пропала. Дашу жалели. Подкармливали, приносили одежонку. Но всё, что было получено, мать тут же пропивала. Так и оставалась девочка в обносках.
Когда пришла пора идти в школу, Даша, вопреки всему, вцепилась в учёбу, как в единственную надежду. Чтение стало её спасением, миром, где никто не кричал, не бил, не унижал. Читала запоем, пропадала в библиотеке, отвечала на уроках и поднимала руку, надеясь, что кто-нибудь услышит её — тихий, но тщащийся голос.
Но дети бывают жестоки. Особенно к тем, кто не такой, как все. Бедно одетая, странная девочка с нелепой стрижкой быстро получила кличку — «Бедолажка». А дальше — хуже. Родители одноклассников запрещали с ней водиться: мол, «дочь пьяницы — не ровня». Учителя, хоть и видели в Даше умную ученицу, отмалчивались. Ведь проще не замечать, чем в защищать девочку без роду и покровителей. Так и жила Даша — одна против всех.
Спасением для неё стал старый венёк у реки. Под его раскидистыми ветвями девочка устроила себе приют. Сюда она приносила книги, читала, мечтала. Порой даже ночевала тут, если дома становилось невмоготу. Здесь её слушали только бродячие собаки да кошки — единственные, кто не предавал.
Отец умер, когда Даше было пятнадцать. Замёрз в сугробе после очередной попойки. На похоронах — лишь Галя да Даша. Девочка не чувствовала скорби. Лишь стыд и облегчение. Мать после этого совсем потеряла рассудок. Приступы злости сменялись оцепенением. Работать она давно не могла. Даша, чтобы не умереть с голоду, стала подметать дворы. За несколько рублей покупала потрёпанные учебники по медицине — мечтала стать врачом. Хотела вытащить мать из той бездны, куда та провалилась.
Но в школе издевательства не прекращались. Однажды, опоздав на урок, она уронила книгу по психиатрии. Как на грех, рядом оказалась Маргарита — первая красавица класса и главная задира. Она подняла учебник, прочла название и громко заявила:
— О, психиатрия! Да ты не просто бедолажка, ты — ненормальная, как твоя мамаша!
Даша не выдержала. В слезах выбежала из класса, пересекла школьный двор и бросилась к своему веньку. Там, упав в снег, дала волю рыданиям. «За что они так злы? Что я им сделала?» — шептала она, прижимаясь к стволу.
И тут она заметила собаку на реке. Та шла по тонкому льду и вдруг провалилась. Девочка вскрикнула и бросилась на помощь. Лёжа на льду, поползла. Дотянулась, схватила пса — и сама ушла под воду. Холод ударил в грудь, дыхание перехватило. Даша боролась — за собаку, за себя, за всех, кого хоть когда-то любила.
Когда силы уже оставляли её, а лёд казался крышей гроба — её вытащили. Это был Артём. Новый ученик, переведённый из Архангельска. Красивый, с умными глазами, спокойный. Девочки за ним увивались. А он — протянул руку Даше.
— Пойдём. Ты замёрзнешь. Моя мама — врач, она тебя согреет.
Он забрал и собаку. Обеих приютил. А на следующий день вошёл в класс вместе с Дашей. Маргарита бросилась к нему:
— Ты что, вправду?! Она же бедолажка!
— Бедной бывает только душа, — ответил он тихо. — Её не скроешь ни одеждой, ни румянами. Чем больше прячешь — тем яснее видно.
Маргарита побледнела и выбежала. В классе воцарилась тишина. А Даша впервые почувствовала, что не одинока. Теперь у неё был друг. И собака Жулька, которую она спасла. А главное — шанс. Шанс на другую жизнь.