Мне шестьдесят, я живу в Нижнем Новгороде. Никогда бы не подумала, что после двадцати лет полной тишины прошлое вернётся к мне, как назойливая весна, и всё изза моего собственного сына.
В двадцать пять лет я была безумно влюблена. Алексей высокий, обаятельный, жизнерадостный казался воплощением моей мечты. Мы быстро поженились, а через год у нас появился сын Фёдор. Первые годы шли, словно сказка: маленькая квартира, общие планы, я преподавала в школе, он инженер. Казалось, счастье непробиваемо.
Но с течением времени Алексей изменился. Всё чаще приходил домой поздно, в воздухе пахло чужим одеколоном, а потом выяснилось он изменял. Не один раз. Соседи, друзья, даже родители знали об этом. Я, конечно, пыталась спасти семью ради Фёдора, держалась слишком долго, надеялась, что он поймёт. Однажды ночью проснувшись и обнаружив, что его нет, я поняла: всё кончено.
Я собрала вещи, взяла пятилетнего Фёдора за руку и перебралась к маме. Алексей даже не попытался нас удержать. Через месяц он уехал «по работе» за границу, нашёл новую жену и исчез из нашей жизни ни писем, ни звонков. Оставила меня одна. Мама умерла, потом и папа. Мы с Фёдором справлялись: школа, хобби, болезни, радости, окончание школы. Я работала в три смены, чтобы ему ничего не не хватало. Личной жизни не было на неё просто не оставалось времени. Он был моим всем.
Когда Фёдор поступил в СанктПетербургский университет, я поддерживала его насколько могла посылками, деньгами в рублях, словами. Квартиру купить не могла, средств не хватало, но он никогда не жаловался, уверяя, что справится сам. Я гордилась им.
В прошлом месяце он пришёл с новостью: собирается жениться. Радость продлилась недолго. Он выглядел нервным, отводил взгляд, а потом сказал:
Мам, мне нужна твоя помощь. Дело касается папы.
Я словно застыла. Оказалось, что он недавно восстановил связь с Алексеем, который вернулся в Россию и предложил Фёдору ключи от двухкомнатной квартиры, унаследованной от бабушки. Но у одного условия я должна снова выйти замуж и позволить ему жить в моей квартире.
Глотка сжалась. Я смотрела на сына, не веря, что он всерьёз это сказал. Он продолжил:
Ты же одна никого нет. Почему бы не попытаться ещё раз? Ради меня, ради будущей семьи. Папа изменился
Я безмолвно пошла на кухню, включила чайник, дрожащие руки держали чашку. Всё размыло в голове: двадцать лет я всё держала в одиночку, двадцать лет он ни разу не интересовался, как у нас дела, а теперь появляется с «подарком».
Вернувшись в гостиную, я спокойно сказала:
Нет. Я не согласна.
Фёдор разозлился, закричал, обвинил меня в эгоизме, в том, что без меня у него не было отца, в том, что я вновь разрушила его жизнь. Я молчала, ведь каждый его слова резали в сердце. Он не знал, как ночами я не спала от усталости, как продавала кольцо, чтобы купить ему зимнюю куртку, как отказывалась от собственного мяса, чтобы он мог его есть.
Я не одинока. Жизнь была тяжёлой, но честной: есть работа, книги, огород, подруги. Мне не нужен человек, который когдато предал, а теперь вернулся не из любви, а из выгоды.
Сын ушёл, не попрощавшись. С тех пор не звонит. Я понимаю, он ранен, он хочет лучшего, как и я когдато хотел. Но я не стану продавать своё достоинство за несколько квадратных метров. Цена слишком высока.
Пусть он поймёт когданибудь. Возможно, не скоро. Я же подожду, потому что люблю его искренне, без условий и без «если». Я родила и воспитала его из любви, и не позволю, чтобы любовь превратилась в товар.
А мой бывший муж? Пусть останется в прошлом, где ему и место.