На юбилее свекрови для меня не нашлось места. Я молча развернулась и ушла, а потом сделала то, что изменило всю мою жизнь.
Я стояла у дверей ресторана с букетом белых роз в руках и не могла поверить своим глазам. За длинным столом, украшенным золотистыми скатертями и хрустальными бокалами, сидели все родственники Игоря. Все, кроме меня. Для меня не нашлось места.
Лена, чего стоишь? Проходи! крикнул муж, не отрываясь от разговора с двоюродным братом.
Я медленно осмотрела стол. Места действительно не было. Каждый стул был занят, и никто даже не попытался подвинуться или предложить мне присесть. Свекровь Тамара Ивановна восседала во главе стола в золотом платье, словно царица на троне, и делала вид, что не замечает меня.
Игорь, а где мне сесть? тихо спросила я.
Он наконец посмотрел в мою сторону, и я увидела в его глазах раздражение.
Не знаю, разбирайся сама. Видишь, все заняты беседой.
Кто-то из гостей хихикнул. Я почувствовала, как кровь прилила к щекам. Двенадцать лет брака, двенадцать лет я терпела унижения его матери, двенадцать лет пыталась стать для этой семьи своей. И вот итог мне не нашлось места за столом на семидесятилетии свекрови.
Может, Лена посидит на кухне? предложила золовка Ирина, и в её голосе я услышала едва скрываемую насмешку. Там как раз есть табуретка.
На кухне. Как прислуга. Как человек второго сорта.
Я молча развернулась и пошла к выходу, сжимая букет так сильно, что шипы роз впились в ладони сквозь упаковку. За спиной раздался смех кто-то рассказывал анекдот. Никто не окликнул меня, никто не попытался остановить.
В коридоре ресторана я бросила букет в урну и достала телефон. Руки дрожали, когда я вызвала такси.
Куда едем? спросил водитель, когда я села в машину.
Не знаю, честно ответила я. Просто поезжайте. Куда-нибудь.
Мы ехали ночным городом, и я смотрела в окно на огни витрин, на редких прохожих, на пары, гуляющие под фонарями. И вдруг поняла я не хочу домой. Не хочу в нашу квартиру, где меня ждут немытые тарелки Игоря, его носки, разбросанные по полу, и привычная роль домохозяйки, которая должна всех обслуживать и ни на что не претендовать.
Остановите у вокзала, сказала я водителю.
Ты уверена? Уже поздно, поезда не ходят.
Остановите, пожалуйста.
Я вышла из такси и направилась к зданию вокзала. В кармане лежала банковская карта наш с Игорем общий счёт. На нём были наши общие сбережения, которые мы копили на новую машину. Двести пятьдесят тысяч рублей.
В кассе дежурила сонная девушка.
Что у вас есть на утро? спросила я. В любой город.
Москва, Санкт-Петербург, Казань, Сочи
Москва, быстро сказала я, не раздумывая. Один билет.
Ночь я провела в кафе на вокзале, пила кофе и думала о своей жизни. О том, как двенадцать лет назад я влюбилась в красивого парня с карими глазами и мечтала о счастливой семье. О том, как постепенно превратилась в тень, которая готовит, убирает и молчит. О том, как давно забыла о своих мечтах.
А мечты у меня были. В институте я училась на дизайнера интерьеров, представляла себе собственную студию, творческие проекты, интересную работу. Но после свадьбы Игорь сказал:
Зачем тебе работать? Я зарабатываю достаточно. Лучше займись домом.
И я занималась домом. Двенадцать лет.
Утром я села в поезд на Москву. Игорь прислал несколько сообщений:
«Где ты? Возвращайся домой»
«Лена, ты где?»
«Мать сказала, что ты вчера обиделась. Ну что ты как ребёнок!»
Я не отвечала. Смотрела в окно на поля и леса, мелькающие за окном, и впервые за долгие годы почувствовала себя живой.
В Москве я сняла небольшую комнату в коммуналке недалеко от Арбата. Хозяйка, пожилая интеллигентная женщина по имени Вера Михайловна, не задавала лишних вопросов.
Надолго? спросила она только.
Не знаю, честно ответила я. Может, навсегда.
Первые месяцы я просто гуляла по городу. Рассматривала архитектуру, ходила в музеи, сидела в кафе и читала книги. Давно я не читала ничего, кроме кулинарных рецептов и советов по уборке. Оказалось, за эти годы вышло столько всего интересного!
Игорь звонил каждый день:
Лена, хватит дурачиться! Возвращайся домой!
Мать готова извиниться перед тобой. Ну