Когда бабушка узнала, что внук хочет её выгнать, она без колебаний продала свою квартиру.
«Зачем брать кредит, если можно дождаться смерти бабушки и унаследовать её жильё?» так рассуждал кузен моего мужа, Тéo. Его жена Элодия и трое детей жили в постоянных ожиданиях этой наследственной «прибыли». Они отказывались от займов, мечтая о дне, когда квартира бабушки окажется в их руках. Пока же они теснились в крошечной двухкомнатной квартире у матери Элодии в Ницце, на Лазурном берегу, где им всё казалось удушающим. Тéo и Элодия всё чаще шептались о том, как «урегулировать ситуацию» с бабушкой.
Но бабушка Эдит была настоящей жемчужиной. В семьдесят пять лет она излучала энергию, жила полной жизнью и выглядела потрясающе. Её апартаменты в самом сердце Ниццы всегда были открыты для друзей. Она умело пользовалась смартфоном, ходила на выставки, посещала спектакли и даже позволяла себе небольшие флирты на танцах для пенсионеров. Её жизнь светилась радостью, став примером ежедневного счастья. Для Тéo и Элодии же она становилась лишь раздражающим фактором им надоело ждать.
Их терпение окончательно лопнуло. Они решили, что Эдит должна передать им квартиру и отправиться в дом престарелых. Открыто заявляли, что «бабушке будет лучше». Эдит же не была из тех, кто просто сдаётся. Она решительно отказалась, и это стало искрой, разразившейся в конфликт. Тéo взбесился, оруя, что она «эгоистична» и «должна думать о будущем своих детей». Элодия подливала масло в огонь, намекая, что бабушка «достаточно прожила».
Мы с мужем, шокированные, всё это узнали. Эдит давно мечтала посетить Индию увидеть Тадж-Махал, почувствовать аромат специй, прогуляться по улицам Дели. Мы предложили ей переехать к нам и сдавать свою квартиру, чтобы финансировать путешествие. Она согласилась, и её просторная трёхкомната в центре города начала приносить приятный доход. Когда Тéo и Элодия узнали об этом, они устроили огромный скандал, считая, что квартира их по праву и требуя, чтобы бабушка поселила их туда. Они даже обвинили моего мужа Сергея в том, что он «смутил» Эдит ради наследства. Тéo потребовал от нас деньги от аренды, назвав их своей «законной долей». Мы ответили, что так никогда не будет, и всё.
Элодия стала приходить к нам почти каждый день то одна, то с детьми, иногда с странными мелочами в подарок. Она интересовалась здоровьем бабушки, но на деле её вела жажда, чтобы Эдит «скончалась» и оставила всё им. Их жадность и наглость меня поразили.
Тем временем Эдит накопила достаточно средств и отправилась в Индию. Вернувшись, она сияла, с чемоданом, полным рассказов и фотографий. Мы предложили ей пойти дальше: продать квартиру, продолжить путешествия и в старости жить с нами в уюте. Она обдумала и согласилась. Квартира была продана по хорошей цене, а полученные деньги позволили ей купить небольшой уютный студио в пригороде Ниццы. Остальное пошло на новые приключения.
Эдит объехала Испанию, Австрию и Швейцарию. На берегу Женевского озера она встретила французского мужчину Жана. Их роман напоминал фильм: в семьдесят пять лет она вышла за него замуж! Мы с Сергеем прилетели во Францию на свадьбу, и всё было волшебно видеть её в белом платье, окружённую цветами и улыбками. Эдит заслуживала это счастье после всей своей жизни: работы, воспитания детей, помощи внукам наконец, жизнь для неё самой.
Узнав о продаже квартиры, Тéo вспыхнул гневом. Он потребовал, чтобы бабушка отдала ему студию, заявляя, что «ей уже хватит». Как он планировал разместить в ней пятерых, оставалось тайной. Но это уже не касалось нас. Мы были счастливы, что Эдит нашла своё счастье. А история Тéo и Элодии напоминает, что деньги иногда раскрывают истинные лица близких.
