**Пирожное за чужой счёт**
Приложив руку к сердцу, она вздохнула: «У меня давление скачет. Врач сказал, нужны дорогие лекарства Ты же поможешь маме?»
***
В квартире пахло ванилью и свежесваренным кофе Алина только что достала из духовки пирог с вишней. Румяная корочка хрустела под ножом, а по кухне разливался тёплый, густой аромат, будто само лето заглянуло в окно. Алина аккуратно раскладывала куски по фарфоровым тарелкам, когда в прихожей раздался звонок резкий, настойчивый, как стук метронома.
На пороге стояла свекровь Галина Степановна. В элегантном кашемировом пальто цвета морозного неба, с безупречно уложенными седыми волосами и лучезарной улыбкой. В руках она держала коробку из дорогой кондитерской той самой, где пирожные стоили как дневной заработок семьи.
Алиночка, здравствуй, родная! пропела она, раскрывая объятия. Я мимо шла, решила заглянуть. А у вас так вкусно пахнет! Прямо как в моём детстве
Алина сдержанно улыбнулась, чувствуя, как внутри затягивается пружина тугая, готовая развернуться. Она знала: визит неспроста.
Галина Степановна стала часто появляться в их жизни три года назад после того, как её муж, отец Дмитрия, ушёл. Сначала всё было мило: воскресные ужины, душевные разговоры за самоваром, помощь по хозяйству. Но постепенно её посещения участились, а просьбы стали настойчивее.
Димочка, сынок, вздыхала Галина Степановна, театрально прижимая руку к груди, у меня давление зашкаливает. Врач прописал дорогие таблетки Ты же не оставишь маму?
Дмитрий, добрый и отзывчивый, никогда не отказывал. Сначала суммы были скромными тысяча, две. Потом выросли до пяти, десяти. Алина пыталась говорить с мужем, но он лишь отмахивался, с лёгким раздражением в голосе:
Алина, ну хватит Маме плохо, разве не видишь? Нельзя её бросать. Это же моя мать
А Галина Степановна меж тем то и дело «забывала» упомянуть, что лекарства уже куплены, а деньги ушли на что-то другое. То на «срочный массаж», то на «уколы в частной клинике», то на «помощь старой подруге».
Однажды Алина случайно увидела в соцсетях фото свекрови из кафе. На снимке та улыбалась, держа чашку латте и пирожное «Наполеон», а подпись гласила: «Сладкий перерыв лучшее лекарство от тоски!»
Алина нахмурилась накануне Галина Степановна звонила Дмитрию в слезах:
Сынок, мне так плохо Лекарства кончились, а новые заграничные, стоят целое состояние Даже не знаю, где взять
Алина показала фото мужу. Дмитрий провёл пальцем по экрану, будто пытаясь стереть доказательство. В глазах мелькнуло замешательство, но тут же нашлось оправдание:
Может, это старое фото? Или она просто хотела немного радости Даже больные люди имеют право на маленькие удовольствия.
Дим, тихо сказала Алина, чувствуя, как в горле встаёт ком, она тратит твои деньги на кафе, а мы экономим на ремонте. Ты правда не видишь проблемы? Мы же копили на новую плиту
Тем же вечером Галина Степановна позвонила сыну в слезах Алина слышала её всхлипывания даже через трубку:
Дима, я так одинока Ты даже не представляешь, как мне тяжело. А теперь и Алина против меня Говорит, я деньги зря трачу А я просто хочу немного тепла
Дмитрий повернулся к жене, губы его сжались.
Ну что ты опять к маме пристала? резко бросил он, швырнув телефон на диван. Звук грохнул, как выстрел. Она еле держится, а ты её добиваешь!
Алина почувствовала, как внутри закипает ярость горячая, обжигающая.
Я не пристаю! Я хочу, чтобы ты увидел правду. Она играет на твоих чувствах!
Да ты просто жадина! крикнул Дмитрий, и слова повисли в воздухе, как тяжёлый дым. Тебе жалко денег для матери? Она же моя кровь!
Алина молча ушла в спальню, закрыв дверь. За окном лил дождь, стуча по стёклам, словно вторя её мыслям
На следующий день Галина Степановна приехала «мириться». Она принесла цветы пышные розы в золотой упаковке, извинялась за «эмоции», но в глазах её читался холодный расчёт, прикрытый маской раскаяния.
Алиночка, я понимаю, ты переживаешь за бюджет, мягко сказала она, помешивая чай. Движения её были плавными, почти гипнотическими. Но ты же знаешь, как важно заботиться о старших. Я не прошу многого Просто немного помощи.
Алина сжала чашку так, что пальцы побелели. Аромат чая, обычно успокаивающий, теперь казался удушающим.
Галина Степановна, а вы не думали, что мы тоже устали? Что нам нужны деньги на свои нужды? На ремонт, на отпуск
Свекровь всплеснула руками, браслеты звякнули.
Ох, милая, ты так молода Не понимаешь, как быстро приходит старость. Вчера чуть в обморок не упала Врач велел срочно пропить витамины, а они золотые И анализы И физиотерапия Всё это стоит денег
Алина хотела ответить, но в этот момент зазвонил телефон Дмитрия.
Мам, ты где? в голосе его слышалась тревога. Я волнуюсь.
Сыночек, я у вас, заворковала Галина Степановна, и голос её стал мягким, как шёлк. Мы тут с Алиной чаёвничаем, беседуем Всё хорошо, не переживай.
Алина вышла на балкон. Холодный ветер ударил в лицо, но это было лучше, чем душные запахи роз и фальшивых улыбок.
Через неделю Алина собрала все чеки, скриншоты и фото, которые накопила за месяцы, и устроила разговор. Стол в гостиной стал полем боя: бумаги лежали аккуратными стопками.
Дмитрий, посмотри, твёрдо сказала она, раскладывая документы. Вот чек из аптеки на три тысячи. А вот фото мамы в кафе в тот же день. Вот её сообщение: «очень плохо», а через час селфи в театре. Вот ещё: «нужен