Всё начиналось с благих намерений
Да понимаю, не обязаны! Но ведь родная кровь! Неужели оставите мальчишку зимой без тёплой одежды? Саша, разве я тебя так воспитывала? настаивала свекровь.
Телефон лежал на столе. После нескольких семейных разборок Саша усвоил: когда звонит мать, лучше сразу включать громкую связь, чтобы разговаривать вместе с Лидией Сергеевной. Иначе она разберётся с ними поодиночке.
Лидия Сергеевна, мы не отказываемся помочь, возразила Марина. Но если вам так тяжело с Васей, отдайте его нам. Таня не против, мы с ней говорили.
Свекровь замолчала на мгновение. Видимо, взвешивала, что выгоднее: избавиться от лишних хлопот или сохранить рычаги влияния над дочерью. Второе перевесило.
Да вы даже не представляете, во что лезете! презрительно бросила Лидия. У вас же ни ребёнка, ни кошки не было. Целыми днями на работе, кто с ним будет? Думаете, дети сами растут, как трава у забора? Им нужна забота, внимание, душевное тепло!
Я это понимаю, спокойно ответила Марина. Но раз уж так вышло, мы бы справились. Я бы уволилась. Считайте, ушла бы в декрет вместо Тани.
Ага, а жить на что будете, олигархи?
Вы же сами твердили, что я копейки приношу. Как-нибудь протянули бы и без них.
Свекровь притихла. Саша устало вздохнул: Марина в их семье была новенькой, а он уже измучился под этим гнётом.
Ладно. Ультиматумы мне ставите, наконец процедила Лидия. Ну-ну, пробуйте. Молоды ещё, глупые, не ведаете, во что ввязываетесь. А я-то забочусь, всю ношу на себе тяну. Упирайтесь, но знайте: пока вы тут упрямитесь, ребёнок мёрзнет и болеет по вашей вине.
Трубка захлопнулась. Марина прижалась к Саше, и в памяти всплыли первые дни их знакомства.
…А ведь поначалу Лидия Сергеевна казалась доброй, хоть и своенравной. Она встречала Марину с улыбкой, хотя та ещё не была невесткой. Накрывала столы, ломившиеся от угощений, а на прощанье нагружала сумками с провизией.
Она быстро вошла в жизнь Марины. Звонила ежедневно, спрашивала, всё ли в порядке, не обижает ли Саша, звала в гости. Даже помогла устроить мать Марины в больницу через знакомых, обеспечив ей лучший уход. Марина была безмерно благодарна.
Но замечала и другое. Стоило пропустить звонок или оборвать разговор, как свекровь менялась в лице. Неделями не звонила, общалась свысока и ждала извинений.
Вижу, дела важнее старухи, ворчала Лидия.
Марина отшучивалась, но чувствовала: эта «забота» липкая, как паутина.
У Лидии была ещё дочь, Таня. Золовка вызывала двойственные чувства. Та редко улыбалась, вздрагивала от резких звуков, спешила уйти в свою комнату. Марина списывала на возраст Тане было всего шестнадцать.
Чем Таня увлекается? спросила Марина перед Новым годом. Хочу подарок выбрать.
Да ничем, отмахнулась Лидия. Сидит в телефоне, вечно недовольная. Бездельница…
Тогда Марина поняла: между матерью и дочерью пропасть. Её собственная мать никогда бы так не сказала.
Позже убедилась: Лидия не любила Таню. Могла ласкать невестку, а через минуту кричать на дочь за плохо вымытую тарелку. Не те друзья, не та музыка, не так ходит… И это лишь то, что видела Марина.
Неудивительно, что в восемнадцать Таня выскочила замуж. Не от любви от отчаяния.
Дура! негодовала Лидия. Связалась с недотепой. Бросит её через месяц!
Сбежавшая дочь освободила место и вся «забота» обрушилась на Марину и Сашу. Навязчивые советы, внезапные визиты, вопросы про внуков… Полный набор.
Может, бросишь свою контору? как-то предложила Лидия. Устрою тебя по знакомству. Зарплата выше.
Марина уже знала: согласись и навеки в долгу. Лидия потребует полного подчинения, а при случае может и устроить увольнение.
Спасибо, но мне нравится на своём месте, отказалась она.
Свекровь надулась, отвернулась к окну.
Ну как знаешь, буркнула. Хотела как лучше. Но если тебе невмоготу расти твои проблемы.
Про Таню Лидия почти угадала. Брак продержался не месяц, а полтора года. За это время Таня успела родить.
Они не были близки, но однажды золовка не выдержала. Сначала попросила совета, а потом разрыдалась.
Он почти не ночует дома, жаловалась Таня. Врёт, что у друзей. Уже ловила… И это ещё не всё. Руку на меня поднимал.
Таня, уходи от него.
Куда? К матери? Нет уж, лучше здесь.
Это говорило о многом. Таня готова была терпеть измены и страх, лишь бы не возвращаться. «Значит, там хуже», поняла Марина.
Вскоре муж сам подал на развод. Сказал, что не готов к семье. На деле нашёл другую. Но ребёнок остался. Таня вернулась к матери. И началось… Лидия называла дочь дурой, обвиняла в неудачах, пророчила нищету. Но хотя бы сидела с внуком, пока Таня работала.
Пока однажды терпение иссякло. Таня собрала вещи и ушла, оставив Васю.
Взяла бы его, но куда? призналась она Марине. Живу у подруги. Мне бы самой на ноги встать… И к психологу сходить. Мама доводила меня до такого, что… Вася ни при чём, но когда он плачет, а у меня в голове… Мне нужно время.
Пока Таня приходила в себя, свекровь снова набросилась на Сашу и Марину. Жаловалась, что денег нет, здоровье шалит, требовала помогать с внуком.
Марина понимала: ничего хорошего Васю не ждёт. Таня до сих пор залечивала раны от материнской «любви». Да и Саша, хоть и молчал, во всём уступал матери.
Он сам предложил забрать мальчика, но сказать Лидии не решался. Марина же верила: если действовать сообща, всё получится.
Таня, ты хочешь, чтобы Вася прошёл через то же? Забери его у матери, привези к нам. Пока ты на ноги встаёшь, мы позаботимся, уговаривала Марина.
Лег