**Дневниковая запись**
Заткнись! рявкнул муж, швырнув чемодан на пол. Ухожу от тебя и от этого болота, которое ты называешь жизнью.
Болото? Светлана медленно оторвалась от плиты, где жарилась картошка на ужин.
Это болото двадцать лет кормило твою мать, пока она по больницам моталась. Забыл?
При чём тут мать? Не смей её трогать!
А при том, Серёжа, что пока ты «великие дела» в Москве крутил, я здесь с твоей парализованной мамашей возилась. Подгузники меняла, если что.
Сергей стоял в дверях их двушки в хрущёвке, в новом костюме и с чемоданом у ног. Таким нарядным Светлана его давно не видела подтянутый, загорелый, от него пахло дорогим одеколоном. Не то что раньше, когда приходил с завода, весь в мазуте.
Вспомнила, как познакомились. Танцы в клубе, он молодой токарь, она из бухгалтерии. Кружил её под «Сиреневый туман», шептал глупости на ухо. А потом скромная свадьба, гостей человек тридцать, оливье и «Советское шампанское». Свекровь тогда плакала от счастья, обнимала её: «Спасибо, доченька, что Серёженьку моего приручила.»
Приручила. Двадцать три года прожили. Дочь вырастили, Настю. Сейчас в медколледже учится, на стипендию да на мамины подработки. Сергей денег не давал последние годы всё в «дело» вкладывал. Какое дело Светлана так и не поняла. То шиномонтаж открыть хотел, то грузы возить. Всё прогорало.
Ты просто не понимаешь, Сергей нервно закурил прямо в прихожей. Мне Коля предложил в Питер перебраться. У него там сеть автомоек, возьмёт управляющим. Квартиру снимать будем.
Один поедешь? Светлана вытерла руки об фартук. Руки дрожали, но голос был ровным.
Не один. Сергей отвел взгляд. С Ирой. Она она меня понимает. Верит в меня.
Ира. Светлана знала о ней месяца три. Видела переписку в телефоне, когда Сергей в душе был. «Котик», «зайка», «скучаю». Тридцать лет «котику». Консультант в автосалоне, где Сергей машину в кредит брал, который Светлана до сих пор выплачивает со своей учительской зарплаты.
А как же Настя? спросила Светлана. Твоя дочь. Через год диплом защищает.
Вырастет, поймёт. Я не могу больше так жить. Мне сорок шесть, Света. Я ещё не старый, ещё могу всё изменить.
Светлана подошла к окну. Во дворе соседка Татьяна бельё развешивала. Увидела её в окне, помахала. Татьяна всё знала. И про Иру знала, и про то, что Сергей последние полгода домой только ночевать заходил. Жалела по-соседски, пироги носила: «Держись, Светка.»
Помнишь, тихо сказала Светлана, как Настя в шесть лет заболела? Пневмония, врачи руки разводили. Ты тогда с завода не вылезал, чтобы на лекарства заработать. А я сутками у её кровати сидела. Ты тогда сказал: «Мы семья, Свет. Всё преодолеем.»
Это было давно.
Шестнадцать лет всего. Или когда твоя мать инсульт перенесла? Кто с ней по больницам мотался? Кто ночами не спал, переворачивал её каждые два часа, чтобы пролежней не было? Я, Серёжа. А ты отмазки искал работа, дела. Какие дела? Ты тогда уже за своим «бизнесом» бегал.
Сергей затушил окурок о подоконник. Светлана поморщилась новый подоконник, в прошлом месяце поставили. Сама копила.
Ты всегда всё помнишь, раздражённо бросил он. Всё плохое помнишь. А хорошее? А то, как я тебя на море возил?
Одиннадцать лет назад возил. В Геленджик. На пять дней.
Всё тебе мало!
Светлана повернулась к нему. В глазах стояли слёзы, но она их не пускала. Не дождётся.
Знаешь что, Серёжа? Вали. Вали к своей Ире. Только вот что я тебе скажу. Мать твою я до конца досмотрела. Два года она у нас лежала, два года я её кормила с ложечки, мыла, лекарства давала. А где ты был? На заработках? На каких, Серёжа? Ты ж последние годы толком нигде не работал. Всё мечтал разбогатеть.
Я старался! Ради семьи!
Ради семьи? Светлана усмехнулась. Настя на последнем курсе подрабатывает медсестрой в ночные смены, чтобы на учебники хватило. Потому что папа в предприниматели подался. Я две ставки в школе взяла да ещё репетиторством занимаюсь. Ради кого ты старался?
Сергей молчал, сжимая ручку чемодана.
И знаешь что самое смешное? продолжила Светлана. Твоя мамаша перед смертью мне сказала: «Прости его, доченька. Он слабый. Всегда был слабым. Спасибо, что терпела.» Я тогда не поняла. А теперь понимаю.
Не смей! взорвался Сергей. Не смей говорить, что я слабый! Я просто задыхаюсь здесь! В этой квартире, в этом городе, с тобой! Ты меня в гроб загонишь своей правильностью!
Моей правильностью? Светлана вдруг рассмеялась. Сухо, зло. Да я последние годы только и делала, что молчала. Молчала, когда ты приходил пьяный. Молчала, когда деньги из заначки пропадали на твой очередной «проект». Молчала, когда от тебя чужими духами пахло. Думала одумается. Семья же.
Она подошла к шкафу, достала папку. Сергей напрягся.
Что это?
Документы на развод. Месяц назад подготовила. Ждала, когда ты сам решишься. Или я. Но ты первый собрался молодец. Подписывай.
Сергей ошарашенно смотрел на бумаги.
Ты ты знала?
Я не дура, Серёжа. Просто давала тебе шанс. И себе давала вдруг ошибаюсь. Не ошиблась.
Квартира начал он.
Квартира моя. На мою мать записана была, мне по наследству досталась. Ты прописан, но прав на неё не имеешь. Можешь через суд попробовать, только вот незадача последние годы ты официально нигде не работал. Алименты на Настю платить будешь?
Она совершен