Ой, ну вот, опять! Куда ты бежишь? Кто же еду готовить будет?! закричал мужчина, увидев, что делает Антонина после ссоры с его матерью.
Антонина взглянула в окно. Хмурые тучи, хотя уже была весна. В их маленьком городке на севере России солнечных дней почти не бывало. Может, поэтому люди здесь казались угрюмыми и холодными.
Сама Антонина всё чаще замечала, что перестала улыбаться, а вечная складка на лбу будто прибавила ей лишних десять лет.
Мам! Я пошла гулять, объявила её дочь, Ольга.
Угу, кивнула Антонина.
Что за «угу»?! Дай денег.
А что, прогулки теперь платные? вздохнула женщина.
Мам! Ну сколько можно?! вспылила дочь. Давай быстрее! Почему так мало?
На мороженое хватит.
Жадина, бросила Ольга, но мать уже не слышала дочь хлопнула дверью.
Не верится покачала головой Антонина, вспоминая, какой лапочкой была Оля до подросткового возраста.
Тонь, у меня урчит живот! Долго ещё ждать?! недовольно крикнул муж, Сергей.
Сам ешь, равнодушно бросила она, ставя тарелку на стол.
А принести можешь?
Антонина чуть не выронила кастрюлю. Ну что за
Едим на кухне, Серёжа. Хочешь ешь, не хочешь как хочешь, сказала она и села за стол одна.
Через пятнадцать минут Сергей зашёл на кухню.
Холодная фу
Я её грела.
Я же просил! Ни капли заботы! Ты же знаешь, у меня футбол! набивая курицей рот, бубнил Сергей. Невкусно.
Антонина только закатила глаза. С этим футболом Сергей был будто другим человеком. Ставки, атрибутика, дорогие билеты хотя в юности спортом вообще не интересовался.
Не садясь за стол, он схватил банку пива, пачку чипсов «от Хрустика» и вернулся к телевизору. А Тоня осталась разгребать гору грязной посуды.
Зря старалась. Никто не ценит.
Она ужасно уставала после смены работала старшей медсестрой в больнице. К ней шли с проблемами, злые, больные люди. Вот и получалось: на работе стресс, дома не уголок тепла и уюта, а вторая смена. Подай-принеси-помой-прибери.
А ещё есть? муж вытащил из холодильника новую банку. Почему нет?!
Ты всё вылакал! Я что, и это должна покупать?! Хоть бы совесть была, Серёжа! не выдержала Антонина.
Какие у нас деликатесы язвительно бросил муж и, хлопнув дверью, отправился пополнять «стратегические запасы» к следующему матчу.
Антонина решила лечь спать завтра ждал тяжёлый день. Но уснуть не могла. Переживала за дочь: где она, с кем? На улице уже стемнело, а Ольги всё не было. Позвонить она не решалась дочь начинала орать.
Ты позоришь меня перед друзьями! Хватит звонить! кричала Оля в трубку. После таких разговоров Тоня перестала звонить, утешая себя, что дочери недавно исполнилось восемнадцать. Работать она не хотела, учиться тоже. Школу окончила и решила «взять перерыв», чтобы «найти себя».
Чуть задремав, Антонина услышала радостные вопли мужа. Будто кто-то забил гол. Потом он начал громко обсуждать матч с заглянувшим соседом. Позже тот привёл подругу, и они стали «болеть» втроём. А ночью вернулась Ольга, побрякала тарелками и, хлопнув дверью, ушла спать.
Только всё затихло, и Тоня наконец заснула замяукал кот, требуя еды.
В этом доме кто-нибудь ещё может покормить кота, кроме меня?! злая от мигрени и недосыпа, Антонина выскочила из комнаты. Хотела, чтобы её услышали, но дочь была в наушниках и лишь крутила пальцем у виска. А Сергей так и уснул перед телевизором с банкой в руке.
«Достало всё достало!» подумала Тоня.
А утром её разбудил звонок свекрови.
Антонина, родная, не забыла, что пора сажать овощи? И в деревню надо съездить порядок навести.
Не забыла, вздохнула Тоня.
Тогда завтра и поедем.
Единственный выходной Антонина провела, вкалывая на даче под руководством свекрови.
Как ты метёшь?! Надо правильно держать веник! сидя на лавочке, командовала та.
Мне почти пятьдесят, Вера, я сама справлюсь, осмелилась ответить Тоня.
А Сергей
Где ваш Сергей? Почему он не приехал? Почему мы с вами тряслись в автобусе три часа? А вы всё про Серёжу, Серёжу
Он устаёт.
А я? Думаете, я не устаю?
И тут началось Антонина пожалела, что сорвалась. Вера была словоохотливой и любила «справедливость». Вот только её справедливость была односторонней и на Тоню не распространялась. Всю жизнь Вера только баловала Серёжу, а Тоня была бесплатной прислугой, которую она «великодушно» терпела.
Обратно они ехали в разных концах автобуса. А на следующий день Вера пожаловалась сыну, и он взбесился.
Как ты смеешь грубить моей матери?! зарычал Сергей. Если бы не она
Что? скрестив руки, спросила Тоня. Она поняла больше не может терпеть.
Ты бы в поликлинике мыла полы! вытащил козырь, напомнив, что Вера устроила её в больницу. Зарплата там была выше, но платой стали нервы и седые волосы. Тоня не раз жалела, что согласилась. Ты куда?!
Сергей остолбенел, увидев, что делает Тоня.
То, что сделала Тоня, Сергей даже представить не мог!
