Он ненавидел свою жену. Они прожили вместе пятнадцать лет. Все эти годы он видел её каждое утро, но в последний год каждая её мелкая привычка начала раздражать его до безумия. Особенно одна она, потягиваясь в кровати, говорила: «Доброе утро, солнышко! Сегодня будет чудесный день». Казалось бы, обычная фраза, но её худые руки и отекшее от сна лицо вызывали в нём отвращение.
Она вставала, подходила к окну и несколько секунд смотрела вдаль. Потом снимала ночную рубашку и шла в ванную. Когда-то, в начале их совместной жизни, он восхищался её телом, её свободой, порой выходившей за границы приличия. Тело оставалось стройным, но теперь сам её вид раздражал его. Однажды он даже хотел толкнуть её, чтобы ускорить её «пробуждение», но сдержался и лишь грубо бросил:
Торопись, уже надоело!
Она не спешила жить. Она знала о его романе на стороне, знала даже ту девушку, с которой он встречался почти три года. Время загнало раны гордости глубже, оставив лишь грустный шлейф ненужности. Она прощала ему агрессию, равнодушие, желание снова пережить молодость. Но не позволяла никому красть у неё покой жила размеренно, ценя каждую минуту.
Так она решила жить, узнав, что больна. Болезнь пожирала её месяц за месяцем и скоро одержит победу. Сначала хотелось открыть правду всем рассказать родным, разделить груз, облегчить его. Но самые тяжёлые дни она пережила в одиночестве, осознавая приближение конца, и твёрдо решила молчать. Её жизнь медленно утекала, но с каждым днём в ней рождалась мудрость наблюдателя.
Она находила утешение в маленькой библиотеке полтора часа в дороге, но каждый день она пробиралась в узкий коридор между стеллажами с вывеской, которую старый библиотекарь подписал «Тайны жизни и смерти», и искала книгу, которая, казалось, должна была ответить на все вопросы.
Он же шёл к любовнице. Там всё было ярким, тёплым, знакомым. Они встречались уже три года, и всё это время он «любил» её ненормальной любовью: ревновал, каялся и не мог дышать, когда был далеко от её молодого тела. Сегодня он пришёл с решением: разводиться. Зачем мучить всех троих он не любит жену, он её ненавидит. Здесь начнётся новое счастье. Он достал из кошелька её фото и в знак решимости разорвал его на мелкие клочки.
Они договорились встретиться в ресторане там, где полгода назад отмечали пятнадцатую годовщину. Она приехала первой. Он перед встречей заскочил домой, долго копался в ящиках в поисках документов для развода. В одном из них нашёл тёмно-синюю папку. Раньше её не видел. Разорвал скотч, ожидая компромата, но вместо этого увидел кипу выписок, анализов, справок с печатями на всех стояли её фамилия и инициалы.
Догадка пронзила его, как удар током, и холодный пот выступил на спине. Она больна! Он бросился в интернет, вбил диагноз. На экране появилась страшная строка: «От 6 до 18 месяцев». Посмотрел даты с момента обследования прошло полгода. Дальше будто туман. В голове крутилась одна фраза: «618 месяцев».
Осень была прекрасна: солнце не палило, но грело душу. «Какая странная, какая прекрасная жизнь», думалось ей. Впервые за всё время, что она знала о болезни, её охватило сострадание к самой себе.
Она шла и видела, как люди радуются впереди зима, а за ней обязательно весна. Ей уже не суждено было снова почувствовать что-то подобное. Обида выросла внутри и вырвалась наружу потоком слёз
Он метался по комнате. Впервые в жизни его ударило осознание быстротечности всего. Он вспоминал её молодой тогда, когда они только поженились и были полны надежд. Ведь он когда-то любил её. Вдруг всё это казалось потерянным: пятнадцать лет и будто их не было. Казалось, что впереди всё: счастье, молодость, жизнь
В последние дни он окружил её заботой, был рядом круглые сутки и пережил необычное счастье. Боялся её потерять, был готов отдать жизнь, лишь бы она осталась. Если бы кто-то напомнил ему, что месяц назад он ненавидел жену и мечтал о разводе он бы ответил: «Это был не я».
Он видел, как ей тяжело прощаться с жизнью, как она плачет ночью, думая, что он спит. Он понимал, что нет страшнее приговора, чем знать дату своего конца. Он видел, как она боролась, цепляясь за крошечную, но живучую надежду.
Она умерла через два месяца. Он усыпал цветами путь от дома до кладбища. Плакал, как ребёнок, когда опускали гроб; постарел на глазах
Дома, под её подушкой, он нашёл записку желание, которое она написала под Новый год: «Быть счастливой с ним до конца своих дней». Говорят, новогодние желания сбываются. Наверное, это правда, потому что в том же году он написал: «Стать свободным».
Каждый получил то, чего на самом деле хотел будто всё было сделано по его собственной воле.