Шестнадцать лет бизнесмен искал свою пропавшую дочь, не подозревая, что она уже давно живёт и работает в его доме…
Анна рыдала, вцепившись в подушку. Её разрывающие душу рыдания нарушали тишину спальни. Дмитрий метался по комнате, сжимая кулаки, пытаясь осознать произошедшее.
Как можно было потерять ребёнка?! прорычал он, едва сдерживая ярость.
Я её не теряла! вскрикнула Аня. Мы сидели на скамейке, Катя играла в песочнице. Вокруг было полно детей! Разве можно уследить за каждым?! А потом все разошлись Я обыскала всё вокруг, звонила тебе!
Голос её снова прервался, и она зарыдала ещё громче. Дмитрий остановился, присел рядом, осторожно положил руку ей на плечо.
Прости… прошептал он уже мягче. Я понимаю. Её не просто потеряли. Её украли. И я найду их. Обязательно найду.
Поиски пятилетней девочки начались немедленно. Полиция прочёсывала дворы, подвалы, парки и лесопарки. Все силы были брошены на спасение, но следов не было. Казалось, ребёнок испарился, словно его и не существовало.
За одну ночь Дмитрий постарел на десять лет. Он помнил клятву, данную умирающей жене: сделать Катю самой счастливой девочкой на свете, защищать её сильнее, чем собственную жизнь. Через два года после смерти первой супруги он женился на Анне. Она настаивала мол, девочке нужна материнская забота. Отношения между падчерицей и мачехой не сложились, но Дмитрий верил, что это временно.
Весь следующий год он жил как в аду. То уходил в запой, то напрочь отказывался от алкоголя. Бизнесом управляла молодая жена, и его это устраивало. Единственное, что он делал ежедневно звонил в полицию. И каждый раз слышал одно и то же: «Новых данных нет».
Ровно через год после исчезновения дочери Дмитрий пришёл на ту самую детскую площадку. Слёзы катились по его щекам.
Год… Целый год без неё…
Плачь, плачь, раздался рядом хриплый голос. Слёзы как дождь для души.
Дмитрий вздрогнул. Рядом сидела баба Зина местная дворничиха, жившая здесь столько, сколько стоял этот элитный посёлок. Она казалась вечной не старела, не молодела, словно часть пейзажа.
Как жить дальше?
Не так, как сейчас. Ты на живого человека не похож. А если Катя вернётся каким ты ей предстанешь? Да и вообще, что ты с людьми творишь?
О чём ты?
О том, что жена твоя фирму на части рвёт. Люди без работы остались. Ты им надежду дал, а теперь на помойку.
Этого не может быть…
А оно вот как выходит. Да и отравить тебя может тогда дочке и возвращаться не к кому.
Баба Зина поднялась и, не попрощавшись, зашаркала прочь, волоча за собой метлу.
Дмитрий ещё немного посидел, затем медленно побрёл домой. Привёл себя в порядок. В зеркале на него смотрел незнакомец измождённый, седой, с пустым взглядом.
Он сел в машину, которую год не трогал, и поехал в офис. Внутри всё дрожало он чувствовал, как возвращается к жизни.
На первом этаже вместо знакомой администраторши сидела юная девчонка, уткнувшаяся в телефон. Даже не взглянула на него. На втором этаже новая секретарша, ярко накрашенная, с наглым взглядом.
Вас не ждали! попыталась остановить она.
Но Дмитрий оттолкнул её и вошёл в кабинет.
Там его ждал «сюрприз»: Анна сидела на коленях у молодого мужчины. Увидев мужа, вскочила, торопливо приглаживая юбку.
Дима! Я всё объясню!
Вон. У тебя два часа, чтобы исчезнуть из города.
Аня выбежала, а её кавалер, бледный как мел, юркнул следом.
Это касается и вас, холодно бросил Дмитрий.
Через час он вызвал всех руководителей отделов. Позвонил Татьяне Ивановне своей верной секретарше, ушедшей после того, как Анна заменила всех старых сотрудников.
Я звонила, но вы не отвечали, сказала она.
Возвращайтесь. Вас ждут.
Так началось возрождение компании. Дмитрий не выходил из офиса двое суток, разбирая документы, восстанавливая связи, увольняя предателей. Вернувшись домой, он усмехнулся Аня успела вынести всё ценное. Но ему было плевать. Лишь бы не надорвалась. Он уже заблокировал ей все счета.
Знакомые качали головами: куда делся тот мягкий, компромиссный человек? Теперь перед ними стоял жёсткий, беспощадный бизнесмен, не терпящий возражений.
Пять лет спустя компания процветала. Через десять стала лидером в регионе, поглотив конкурентов. Его не просто уважали его боялись. Но лишь трое знали, что за этой маской скрывается: Татьяна Ивановна, домработница Мария Семёновна и баба Зина. Они видели боль, которую он носил в себе шестнадцать лет.
Однажды вечером Мария Семёновна заглянула в кабинет.
Дмитрий Сергеевич, можно вас на минуточку?
Конечно, проходите.
Он отложил документы, потянулся и улыбнулся:
Чем это так пахнет? Блины?
Женщина рассмеялась:
Угадали. Сдаётся, вы их специально испекли, чтоб я не смогла отказать.
Может, и так. Что-то случилось?
Дмитрий Сергеевич, с тех пор как мы переехали в новый дом, мне одной не справиться. Особняк, сад, цветы… А годы-то не те.
Дмитрий нахмурился:
Вы хотите уйти?
Нет, что вы! Прошу разрешения взять помощницу.
Он поморщился не любил чужих в своём доме. За эти годы он почти полностью отгородился от мира.
Мария Семёновна, вы же понимаете…
Понимаю, мягко ответила она. Но и вы поймите старый дом был уютным. А здесь целые хоромы.
Он тяжело вздохнул и кивнул.
Ладно. Только чтобы тихо. Никакого шума.
Разве я вас когда-нибудь подводила?
Ни разу, улыбнулся он. А блины готовы?
Ох, знаете вы мои слабости, рассмеялась Мария.
На следующий день Дмитрий не поехал в офис. Как и шестнадцать лет подряд, он отправился в парк,