Да мне всё равно! Оля размашисто прошлась по комнате, разводя руками. Мам, ну сколько можно терпеть? Подруги уже смеются!
Мам, опять течёт! Опять! закричала Оля, вылетая из ванной с мокрой головой и полотенцем в руках. Я же говорила, что с этой квартирой что-то не так!
Тише ты! Соседи услышат! шикнула Галина Ивановна, бросая тряпку и спеша к дочери. Где течёт?
Да везде! Из крана, из душа, даже под раковиной лужа! Оля размахивала руками, брызгая водой по коридору. Ну я же предупреждала! Говорила, что не стоило связываться с этой развалюхой!
Галина Ивановна молча прошла в ванную, взглянула на воду, растекающуюся по полу, и тяжело опустилась на табурет. Месяц назад они переехали в эту двушку в центре Москвы, продав свой дом в Подмосковье. Казалось, жизнь наладится: рядом работа, магазины, поликлиника. А теперь…
Мам, чего сидишь? Надо что-то делать! Оля стояла в дверях, кутаясь в халат.
А что? устало спросила мать. Слесаря вызывать? Опять за свой счёт? Третий раз за месяц.
Может, к хозяйке обратиться? Пусть платит, это же её квартира!
Обращалась. Говорит, что мы сами виноваты, неправильно пользуемся. А как можно неправильно кран открывать? Галина Ивановна встала, начала собирать воду тряпкой. Иди завтракать, а то на работу опоздаешь.
Какой завтрак? У нас плита опять не работает! возмутилась Оля. Вчера еле кашу сварила, а сегодня вообще не включается.
Галина Ивановна лишь вздохнула. Плита капризничала с первого дня, но хозяйка, Вера Семёновна, уверяла, что всё исправно, просто надо привыкнуть. Привыкнуть к тому, что конфорки включаются через раз, а духовка работает, когда сама захочет.
Ладно, сбегаю к Наташке, попрошу чайник вскипятить, буркнула Оля, натягивая джинсы.
Не надо к соседям бегать! остановила её мать. И так уже стыдно. Вчера у Натальи Петровны соль брали, позавчера масло. Подумают, что мы нищие.
А что тогда? Голодными идти?
Галина Ивановна посмотрела на дочь и почувствовала, как в горле застрял знакомый комок. Зачем они согласились на этот переезд? В своём доме проблем не было, жили спокойно. А теперь каждый день новые сюрпризы.
Оля ушла на работу злая и голодная, а Галина Ивановна осталась разбираться с потопом. Вытерла воду, попыталась закрутить краны без толку. Вода всё равно сочилась.
Телефон зазвонил, когда она собиралась позвонить сантехнику.
Галина Ивановна? Это Вера Семёновна. Как дела? Всё в порядке?
Да вот… осторожно начала Галина Ивановна, сантехника опять…
Опять?! перебила хозяйка. Да что вы там делаете с моей квартирой? Я же говорила аккуратнее!
Мы ничего особенного не делаем. Просто пользуемся, как все.
Тогда зачем каждую неделю слесаря вызываете? Может, что-то уронили?
Галина Ивановна стиснула зубы. Они ничего не ломали квартира оказалась не такой, как её представили. Тогда всё работало, а теперь каждый день новая беда.
Вера Семёновна, может, вы мастера пришлёте? А то нам уже неудобно…
Какого мастера? Вы сами виноваты! Техника старая, обращаться надо бережно!
Но в договоре сказано, что всё исправно…
Исправно! Просто руки у вас не оттуда растут! рявкнула Вера Семёновна и бросила трубку.
Галина Ивановна медленно положила телефон и огляделась. Квартира была светлая, с высокими потолками, но с каждым днём становилось ясно: красота только снаружи. Проводка старая, трубы ржавые, окна не закрываются, а хозяйка и слышать не хочет о ремонте.
К обеду вернулась Оля, хмурая, как осеннее небо.
Ну что? Починили? спросила она, швыряя сумку на пол.
Какое там. Хозяйка говорит мы виноваты.
В чём?! В том, что её квартира разваливается?
Оля, не кричи. Стены тонкие.
Да мне плевать! Оля прошлась по комнате, размахивая руками. Мам, сколько можно терпеть? Подруги смеются, говорят, я как цыганка то воды нет, то света!
Пусть помолчат, проворчала Галина Ивановна. У них родители квартиры покупают, а не снимают.
Может, и нам купить? вдруг предложила Оля. Деньги от дома остались…
Какие деньги? удивилась мать. Мы же почти всё на твоё лечение потратили.
Оля замолчала. Операция обошлась дорого, и ради этого они переехали ближе к больнице. Думали временно, пока дочь восстанавливается. А оказалось попали в капкан.
Может, другое жильё поищем? неуверенно спросила Оля.
На что? Галина Ивановна показала на стол со счетами. За свет, за воду, аренда, твои лекарства. Еле концы сводим.
Оля пролистала бумаги и присвистнула.
Ого! Я и не знала…
Ты и не должна была. Это моя забота. Мать собрала счета в стопку. Теперь понимаешь, почему просто так не съедем?
Дочь кивнула. Потом спросила:
Мам, ты жалеешь, что мы из дома уехали?
Галина Ивановна задумалась. Жалела? Конечно. Их домик был маленький, но свой. Огород, знакомые соседи. А здесь они будто в чужом мире.
Жалею, честно призналась она. Но что сделано не вернёшь. Будем жить, как есть.
А может, попробуем с хозяйкой договориться? предложила Оля. Сделаем часть ремонта, а она скидку даст?
Какой ремонт? усмехнулась мать. Ты видела, сколько тут переделывать? Разоримся!
В этот момент погас свет.
Ну вот! воскликнула Оля. Опять пробки!
Галина Ивановна проверила щиток пробки были целы. Значит, дело в проводке. Она вздохнула и достала фонарик.
Мам, так жить нельзя, тихо сказала Оля, сидя при тусклом свете. Мы же не в каменном веке.
А что предлагаешь?
Не знаю. Может, к юристу? Или в жилинспекцию?
На что жаловаться? Добров