**Любовь сквозь года**
В нашу деревню приехала новая семья. Как раз школу достроили. Старый директор на пенсию ушёл, а новый, Роман Иванович, с женой-учительницей математики и дочкой Настей, пятнадцати лет, занял его место.
Настя была не похожа на деревенских девчонок оттого все пацаны на неё глаз положили, а местные девки злились. Приезжая девочка всегда ходила опрятная, с туго заплетённой русой косой, обувь чистая, даже осенью, когда по деревне грязь по колено, умудрялась вымыть её в луже перед школой.
Настьке больше нечем заняться, в лужах полощется, смеялись над ней деревенские, но скоро и сами стали обувь вытирать.
Поняли пацанам нравится аккуратность.
Жил у нас парень Витька, крепкий, работящий, в шестнадцать уже с мужиками сено косил, стога метал так ловко, что бабёнки ахали. С девчонками он был слаб с четырнадцати по ним похаживал, а те и не сопротивлялись, красивый был. В шестнадцать уже и под стогами шашни заводил. А в семнадцать всё оборвалось увидел Настю.
Та шла с матерью в магазин в первый день после переезда вся такая статная, ладная.
Это что за диковина? удивился Витька и спросил у своего кореша Санька, рыжего и веснушчатого.
Новые, директор её батя, а это Настька, мать математичку в школу привезли.
Тут Витьку и подкосило. Все гулянки забыл, будто никогда девчонок и не видел, будто впервые сердце ёкнуло. Закрыл глаза, когда она мимо прошла что-то в ней было лёгкое, неземное, и даже его разгульная душа дрогнула.
Он знал Настя ещё дитё, не лез, наблюдал издалека. Но в деревне все поняли Витька пропал.
Прошла осень, настала зима. Реку сковало, пацаны на «снегурках» катались кто как привяжет к валенкам, да и вперёд. Девки не умели.
Но тут чудо Настя вышла на лёд в настоящих коньках, с ботинками. Как она скользила! Все замерли, ребятня с берега глазела, как она фигуры выписывает, кружится на одной ноге.
Даёт Настька, кренделя выводит! восхищались старшие.
Витька не видел, как она вышла, шёл с работы.
Помогите! донёсся крик с реки.
Он бросился туда, ещё не понимая, в чём дело. У дальнего берега, где ключ бил и лёд тонкий, кто-то барахтался.
Настька тонет! орали ребятишки.
Витька рванул вперёд, фуфайку на лёд швырнул. Ползком подобрался, увидел её испуганные глаза. Девчонка из последних сил держалась, лёд под руками крошился.
Хоть бы палку схватил, мелькнуло в голове, но он снял ремень, кинул ей конец.
Настя ухватилась, он дёрнул, вытащил, дотащил до середины, потом на руки взял мокрую, дрожащую и прямо к её дому понёс.
Вечером мать Насти к Витьке пришла:
Спасибо, сынок, говорила, гостинцы вручила. Настя просила, чтобы зашёл. Температура у неё.
Он пошёл. Настя в кровати лежала, слабо улыбнулась, руку протянула.
Спасибо голос дрогнул, слеза скатилась. Витька её пальцем стёр.
С тех пор стал каждый вечер к ней ходить. Днём работал, а вечером к Насте. В её маленькой комнатке сидели, разговаривали. Вернее, она говорила, а он слушал голос у неё был такой, что заслушаешься.
Насте шестнадцать исполнилось гуляли, за руки держались, Витька впервые поцеловал её.
А в восемнадцать его в армию забрали.
Вернусь скоро, жди, уговаривал её, когда она плакала.
Но судьба стерва. Попал Витька на Кавказ, в горячую точку. Ранение, ногу отняли. В госпитале лежал, никому не писал, тем более Насте.
Инвалидом перед ней не явлюсь, решил. Пусть свою жизнь строит.
Выписался, уехал с соседом по палате в районный город. Устроился на завод, потом женился. Видный мужик был, хоть и хромал. Жена, Людка, сама предложила:
Давай поженимся, помогать буду.
Он согласился. Без любви. В сердце только Настя. Бывало, накатит зубы стискивал, чтоб не сорваться, не рвануть в деревню.
С Людкой жили мирно, уважали друг друга. Родилась дочь Катька.
Года шли, изредка навещал родную деревню. Мать там одна осталась. Виделся и с Настей обычной деревенской бабой стала, за местного Ваньку вышла, троих родила. Красивой осталась, только располнела.
Но что-то в ней было, что тянуло его. Оба молчали. А после таких встреч Витька неделю пил, жену пугал, потом затихал.
Шли годы. Состарились оба. Дети выросли, разлетелись. Людка умерла быстро, от болезни. Витька горевал. Остался один.
Батя, переезжай к нам, уговаривала дочь.
Он согласился, чтоб не маяться. В городской многоэтажке на балконе дни коротал. С внуками возился, с соседями на лавочке сидел.
Но однажды решил в деревню.
Хочу там умереть, сказал Катьке.
Да ты что, батя? Дом развалился, кому ты там нужен?
Но он настоял. Приехали деревня запустела, дом их в руинах.
А тут и Настя пришла старая, с палочкой.
Идёмте ко мне, дом-то ваш развалился.
Весь вечер говорили. Утром Катька собралась уезжать.
Настя, сказал Витька, я не зря вернулся. Хочу здесь остаться. Может, у тебя?
Пап, ты чего? всплеснула руками дочь.
Подожди, отмахнулся он.
Настя молчала. Потом:
Ладно на недельку.
Катька уехала. Они с Настей всё говорили, говорили
На пятый день Витька не проснулся.
Настя руками глаза ему закрыла, потом заплакала. Похоронили его в родной земле, рядом с родителями.
А Настя ещё живёт пока жива, живёт и его любовь.
**Вывод:** Любовь штука крепкая. Даже если годы прошли, даже если жизнь развела она где-то внутриИ даже когда Настя ушла вслед за ним, старики в деревне говорили, что теперь они наконец-то вместе он, всё ещё высокий и широкоплечий, а она, как в юности, с туго заплетённой косой, только теперь уже на небесах.