И что, отдашь ему дом? Я с детьми на улице оказусь? Оксана вскочила с кресла, лицо её покрылось красными пятнами.
Нет, доченька, я помогу тебе, внесу первый взнос. Виктор Иванович попытался говорить мягко, но Оксана не слушала.
Взнос! Ты же знаешь, сколько сейчас стоят квартиры? И проценты по ипотеке? Вадим сын, а ты?!
Вадим мой сын.
А я тогда кто? Дочь? Двадцать лет заботилась о тебе, каждую ночь сидела с тобой, через три остановки ездила. Где Вадим был? Вечерами в Екатеринбурге на заработках.
Оксана, ради бога… Дом традиция. Старшие сыновья получают отцовский дом.
Традиция?! Да ты умрешь ради этой старой дури. И мама бы не одобрила.
Мама знала, что дом отходит Вадиму.
Пусть она бы сама к тебе приползла! Оксана бросила вилку на стол. Весной уеду, не хочу больше видеть вашу сыновню.
Дед сидел, держа внучку за руку. Оксана врала. Не уедет сестры не отдаст. Старые споры всплывали снова. Мама и папа, ссоры из-за наследства. Она знала, что разлучится с Полиной. Но вопрос был в том, сможет ли она простить отца?
Вечером Вадим приехал с семьёй. Девять кубов, три ребенка. Дед уступил, как всегда.
Пап, всё решил. Дом мой, документы подписаны.
Зачем? шепотом спросил Оксана.
Ты знаешь, как у нас. Старшие сначала.
Весной дом продали. Денежки разделили. Вадим получил квадраты в сталинке, Оксана уютный мансардный дом в пригороде. Дед переселился к Вадиму.
Однажды, гуляя с внучкой, он услышал горький смех:
Бабушка, мне стыдно. Мама кажется…
Почему?
Она всё ещё злится. Никогда не простит папе.
Дед молчал. И сквозь годы понял: традиции это гнилые корни. А любовь единственный способ вырастить дерево, под которым мы все посидим.