Весенний свет, как тонкая лента, пробирался сквозь ставни, бросая полосы на свежеотделанной стене. Марина, привстав на цыпочки, помешивала борщ на плите, озираясь на часы. Надо было вскочить пораньше обещала мужу приготовить его любимое блюдо. Павел всю ночь ходил мрачный, и она решилась ободрить его.
Мариночка, не видела ли ты мой синий галстук? донеслись с комнаты его грозные напевы.
В шкафу, в нижнем ящике, вчера гладила, ответила Марина, не отрываясь от плиты.
Завтрак прошёл в привычном молчании. Павел просматривал новости в телефоне, отчего-то держа его вдвое плотней, чем обычно, а Марина наблюдала за его едой. Хотелось спросить за что он так уставился в экран, но решила подождать. Если дело серьёзное, он сам скажет.
Вкусно, спасибо, проговорил он за чашкой кофе. Слушай, я хотел сказать… В общем, отец приезжает. Сегодня. Нужно пару дней подышать в доме.
Марина замерла. Петр Ефимыч? Тот самый, который на их счёте чуть не вдребезги не накричал, что невеста «ведёт себя не по-подходящему для моего сына»? Который полтора года не звонил, не поздравлял, как будто их свадьба и не была?
Когда приезжает? вымолвила она наконец.
Утром. Встречу с вокзала. Павел избегал её взгляда. Говорит, с матерью у них замешательства. Хоть на пару дней утеплиться.
И на пару дней? Марина поставила чашку. Павлуша, ты помнишь, как с ним было?
Он переменился, жалобно сказал он. После приступа пересмотрел. Не мог ему отказать, Мариночка. Он отец.
Нужно было сначала обсудить, Марина собрала посуду. Мне проекты. Дома работала планировала.
Прости, притянул он к себе. Боялся, как ты воспримешь.
Надо было страх не пошевелить, отстранилась она. Иди. Вечером поуспеем всё.
День прошёл, как в тумане. Работа не шла, мысли возвращались к старику свояк ветеран, привыкший командовать. После смерти жены женился на девушке, что по возрасту не в меру молода, и теперь отношения трещат.
Вечером Марина всё переставила в квартире, в гостевой чистое бельё, подогрел ужин. «Раз в жизни раз», сказала себе, раскладывая тарелки.
В семь ударил дверь. Марина вдохнула и пошла открывать.
На пороге Павел и высокий седой мужчина с чемоданом в руках.
Здравствуйте, Петр Ефимыч, Марина старалась, чтобы улыбка не выглядела вполовину.
Спасибо, что приняли, гудел голос. Старик в доме не сидели, вот и прикатил.
Проходите, ужин почти готов.
За ужином промолчал обычно Павел. Рассказывал о работе, о новой машине, о планируемом отдыхе. Петр Ефимыч слушал, подкидывал вопросы, а Марина молча подавала.
Прекрасно готовите, неожиданно сказал он. Сына, как всегда, Светланка?
Училась постепенно, удивилась она.
Моя жена, здравствуй… Умела отлично готовить. А Галя, тяжело вздохнул он, думает, что готовка не женское.
Марина обменялась взглядом с Павлом. Тот кивнул молча.
Давайте, покажу комнату, сказала она после ужина. Там санузел, телевизор.
Петр Ефимыч осмотрелся, поставил чемодан у кровати.
Уютно, провёл рукой по спинке дивана. По-домашнему.
Если что обращайтесь, Марина почувствовала, как напряжение стало размягчаться.
Утром прошлое утро. Шесть часов, Павел спал, Марина выбрались в халат. На кухне чайник, хлеб. Петр Ефимыч в спортивном костюме.
Доброе утро, сказал он, увидев Марину. Надеюсь, не разбудил. Привычка рано вставать.
Ничего, она прошла к холодильнику. Я сейчас завтрак приготовлю.
Не трудитесь, уже и бутерброд. Сон вы ещё спите.
Марина с удивлением видела, как он смахивает крошки, моет нож и чашку.
Иду на пробежку, сказал он, направляясь к двери. В парке рядом.
Когда он ушёл, Марина набрала Татьяну.
Танечка, не поверишь! Свояк приехал. Вспоминать не хотелось, но он вдруг…
Не верю! заржала подруга. Может, это его брат? Помнишь, как на свадьбе валял дурака? Если случайно Галина приедет с ним ставлю пари!
Нет, одна. Но… он вдруг аккуратный, тихий. Даже посуду убрал!
Ништяк, сказала подруга. Но будь настороже.
Вечером Павел отсутствовал, Марина осталась с Петром Ефимычем. Она нарезала овощи, чувствуя его взгляд.
Можно ли мне помочь? вдруг спросил он.
Овощи нарезайте, пожалуйста, дала доску.
Через минуту он начал:
Марина… хочу извиниться за всё.
Она чуть не уронила нож.
За что?
За свадьбу, за грубости, за то, что не поддерживал. Был не прав.
Марина отложила нож, обернулась.
Что вас заставило…
Инфаркт. Когда лежишь под капельницами и не знаешь, жив ли будешь, всё видится иначе. Уже один, сын… Галина… с ней теперь чужие люди.
Марина не знала, что сказать. Получается, тот эгоист и теперь не эгоист?
Все ошибаются. Главное осознать.
Осознал. И знаешь самое смешное? Галина. Думал, полюбила. А оказалось мою сберкнижку хотела. Когда заболел, сразу начала документы подкладывать. Об этом жёнка с молодым говорила: «Старик не потянет». Можешь себе представить?
Марина представила. Галина эффектная блондинка, всегда как она подозревала…
И что теперь с квартирой?
Ничего. Я не идиот. Не подписывал. Сказал Галине, уехал «на время», а самWant посмотрить, как она себя поведёт. Если думает вернусь. А нет разведусь на старости.
Ворвался Павел. Увидел их вдвоём на кухне, замер.
Всё в порядке?
Всё хорошо. Ты с женой нашли общий язык. Умница у тебя.
За ужином Петр Ефимыч рассказал Павлу. Тот молчал. После ужина вызвал Марину в комнату.
Ты ему веришь?
Не знаю. Но кажется честным. И вот Галина в роли охотницы за наследством.
Всегда говорил, что она к нему как-то неспроста. Молодая, красивая и вдруг за пенсионера.
Пусть остается пока. В конце концов, он твой отец.
Дни сливались в один. Петр Ефимыч утром заряжался, готовил завтрак, уходил гулять. Днём помогал по дому. Вечером сидели вместе, смотрели телек, разговаривали.
Однажды Марина услышала разговор.
Папа, почему раньше так ко мне относился?
Боялся, сынок. Боялся, что украдёшь у меня. Устранился. Только когда один стал, понял.
Марина прослезилась. Вспомнила бабушку: «Народ не злой, внучок. Только раненый в этих делах».
Когда пришла Татьяна с мужем, она визжала.
Ты не верила? А теперь?
Теперь да. Он правда переменился.
После обеда Татьяна шепнула:
А если он глазел на квартиру? На цену?
У него своя есть. Пенсия военная. Не думаю.
И всё-таки… Подивлюсь.
После двух недель раздался звонок. Марина открыла дверь. Галина, ярко одетая, в каблуках.
Где муж?
Вы, наверное, Галина. Проходите.
Галина вошла.
Коля! Наконец-то!
Неужели? сухо спросил Петр Ефимыч. Ожидал, что радуйтесь.
Как ты! Я тревожилась! Думала, ты сбежал!
А я думал «пенсия крепкая».
Галина замерла.
Я… Я просто за имуществом…
О своём интересовалась. Могу всё рассказать сберкнижку, замки, документы.
Галина сникла.
Это неправда!
Понял всё, сказал Петр Ефимыч. Могу объяснить. Подал на развод. Возьми свои вещи. Остальное моё.
Как ты смеешь! взревела Галина. После всего, что я делала!
А что ты делала? Готовила? Заботилась? Любила?
Галина свернулась в угол. Взглянула на Марину.
Она! На тебя насторожила!
Не глупи. Марина счастлива с сыном. Потому что его любит. А не его деньги.
Галина вышла, хлопнув дверью. Марина улыбнулась.
Простите, сказал Петр Ефимыч. Надеюсь, в последний раз.
Всё в порядке. Чай?
Вечером пришёл Павел. Рассказали про Галину.
И всё?
Да. Живёт один.
Ты всегда можешь к нам, сказала Марина.
Спасибо. Но не хочу вам мешать. Приезжать как позволите.
Через неделю Петр Ефимыч собрал чемодан. На пороге обнял Павла, поволок к Марине.
Спасибо, что дали шанс. Научился у вас с сыном, тихо сказал.
Чему?
Как должна быть настоящим семья. Без обмана, без корысти. Когда людей просто любят.
Когда дверь захлопнулась, Марина притруснулась к мужу.
Кто бы знал… сказала.
Да. Иногда нужен возраст, чтобы на своём счесть цену.
Вечером зазвонил телефон. Павел передал Марине.
Это папа.
Здравствуйте, Марина. Простите… Я бы хотел сказать… Горжусь, что у сына такая жена. А если… Если скоро у вас… я был бы рад стать дедушкой.
Марина переглянулась с Павлом и улыбнулась.
Вообще-то… планируем сказать вам. Семь месяцев.
Тишина. Потом радостный крик.
Правда? Мальчик?
Ещё не знаем. Когда узнаем вы первые.
Положив трубку, она вляпалась в объятия.
Рада, что твой отец приехал… даже с чемоданом.
Я тоже. Нашему малышу повезёт. У него дедушка, что даже в семьдесят радикальный.
За окном затворил дождь, но в квартире уют. Иногда судьба приносит с собой чемоданы. Но чаще дарит шансы. Главное не пропустить.