В деревне все знали и сторонились Прохора человек он был трудный, сварливый. Жена его, Любовь, тихая да кроткая, детей за двенадцать лет брака не родила. А потом вдруг как снег на голову скончалась.
Мать её давно замечала:
Дочка, худовата ты стала, бледная
Ничего, матушка, просто устала, отлеживалась Люба, но жаловаться мужу не смела.
Бабам лишь бы ныть да от работы отлынивать! рычал Прохор.
Год после похорон прошёл. Жить одному скучно, хоть и привык Прохор к своему нраву. Присматривался к невестам без детей, молодая да покладистая. Выбор пал на Алёну, тихоню, работящую.
Однажды встретил её у калитки сам подстроил:
Алёнка, подь сюда.
Девушка подошла, глаза в землю.
Здравствуйте
Слушай, замуж за меня пойдёшь? Хозяйство крепкое, безбедно жить будем.
С мамой посоветуюсь
Дома мать руками всплеснула:
Да он же тебя в гроб вгонит! Все шепчутся Любу заморил
Мам, женихов-то у меня нет, вздохнула Алёна.
Сыграли свадьбу. Сельчане качали головами: кто жалел девку, кто злорадствовал мол, Прохору везёт на покорных жён.
Алёна терпела. Родила двух сыновей. Прохор и их ругал, хоть и любил по-своему. Дети по двору шарахались, материнским наказом:
От бати подальше, неровён час
С годами Прохор запил. Крики его разносились по всей деревне:
Кормлю вас, дармоедов!
Алёна молчала. Лишь матери шептала:
Терплю, матушка, ради детей
Сыновья выросли, уехали в город. Навещали редко отцовский нрав отталкивал.
Мам, переезжай к нам, звал старший.
Нет, сынок, доля моя тут
Однажды утром нашла мужа на полу инсульт. Врачи развели руками:
Ухаживайте
Так сбылась мечта Прохора лежать целыми днями.
Бойся своих желаний, крестилась тёща.
Через полтора года его не стало.
Сыновья вернулись к матери. Жизнь потекла тихо. О Прохоре почти не вспоминали. Лишь Алёна порой глядела на внуков и радовалась: его злой нрав в них не отразился.